Исторические заметки

Список разделов Историческое краеведение и генеалогия История

Описание: Статьи, вопросы, обсуждения, исследования, поиски, связанные с историей Ступинского района и самих людей
Правила раздела: При копировании материалов ссылка на stupinsky.ru обязательна!
Модератор: Кирилл_Н

О даче И.В. Сталина в с. Семёновское

#21 T.Larina » 07.10.2013, 22:59

Изображение
Усадьба Семёновское-Отрада (1850-е гг., неизвестный автор)
(отрывок из книги -воспоминания охранника вождя А.Т.Рыбина "Рядом со Сталиным")
Дача в Семёновском.
Вторая (посещаемая Сталиным – Л.Б.) дача, «Семёновское», находилась в ста десяти километрах от Москвы, в бывшем владении фаворита Екатерины II Григория Орлова и его братьев. Там в тридцатые годы ОГПУ выстроило такой же одноэтажный дом с шестью комнатами и двумя застеклёнными террасами. Вокруг зеленел в основном тоже сосновый лес. Имелись три пруда. Самым же примечательным был родник-пятиключник. Каждая струя этого чуда природы была разной высоты и красы.
Сталин приезжал в «Семёновское» редко. Может, полюбоваться на пятиключник да с компанией отдохнуть на острове посреди самого большого пруда…
Во время войны эта дача уцелела просто чудом. На ближних железнодорожных станциях Барыбино и Михнево разгружались из эшелонов дальневосточные и сибирские войска. Поэтому налёты вражеской авиации усилились до предела. Некоторые бомбы по ветру заносило сюда. Постоянно вёлся миномётный обстрел территории. Приближение фашистских войск вынудило заминировать дачу. Коменданту Соловову даже пришлось выяснить у начальства, взрывать ли её? Мудрый генерал ответил: «Взорвёшь дачу раньше времени – расстреляем. Сдашь её немцам - найдём и повесим. Так что решай сам по обстановке».
Соловов обратился к Сталину. Войска Юго-Западного фронта под командованием генерала Захаркина получили приказ оставаться на занимаемых позициях.(Приказ Верховного Главнокомандующего генералу Захаркину был продиктован не столько стремлением сохранить дачу, сколько тем обстоятельством, что, по свидетельству А. Рыбина, неподалёку, в старом доме братьев Орловых находился полевой госпиталь, где при свете керосиновых ламп врачи оперировали раненых бойцов – Л.Б.)
Поездка в «Семёновское» после войны.
«Ехали из Москвы на дачу в Семёновское. На автобусной остановке мокла под дождём группа колхозников. «Дождь-то какой… А люди стоят под открытым небом, - вздохнул Сталин и предложил: «Давайте усадим их в машины и довезём до деревни. Тем более, что у нас время на это есть. Пригласите людей с остановки».
Соловов сделал это. Но никто не двинулся с места. Вернувшись, развёл руками. Сталин проворчал: «Вы плохо приглашали, не умеете это делать». Пошёл сам к очереди колхозников. Привёл целую вереницу с котомками, чемоданами и мешками. Половина втиснулась в машины. Довезли их до Семёновского. Вернулись за остальными. Они сначала вели себя настороженно, потом осмелели. Начались разговоры о колхозных и личных делах, о минувшей войне и погибших на фронте. Сталин вздохнул: «У меня тоже Яшу загубили»…
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Герб Коломны и уезда (1852)

#22 T.Larina » 07.10.2013, 23:04

Изображение

Изображение
Впервые герб Коломны был опубликован в 1730 году.
Геральдическое описание герба Коломны:
"В лазоревом поле на зелёном холме, тонко окаймлённом золотом, — серебряная колонна, увенчанная золотой короной, сопровождаемая по бокам двумя золотыми шестилучевыми звёздами (двумя лучами вверх)".
Данный герб утвержден 20 декабря 1781 года вместе с другими гербами уездных городов губернии.
Версии объяснения герба:
    Столб символизирует опору Москвы (Коломна, будучи городом с мощной крепостью, служила зашитницей на подступах к Москве; этот город первым был присоединен к Московскому княжеству).
    Две звезды представляют княжества, в которые в разные времена входила Коломна: Московское и Рязанское.
    Колонна символизирует память о ратных свершениях прошлого, а звезды - славу в прошлом и в будущем.
    Существует легенда о происхождении названия города, связанная с итальянской фамилией "Colonna", подвергшейся гонениям при римском папе Бонифации VIII и осевшей затем на Руси (Н. Карамзин).
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

#23 T.Larina » 07.10.2013, 23:12

Мечта филателиста
Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение
(http://filatelist.narod.ru)

Добавлено спустя 5 минут 24 секунды:
Описание дорог Коломенского уезда (1900г.)
(Сборник статистических сведеній по дорожному делу Московской губерніи, 1900, Московская губернская земская управа)
Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение
P.S. Есть информация и по Малинскому тракту, который, признаюсь, лично меня давно уже интересовал.
Чуть позже покажу материалы из журналов земских собраний уезда.

Добавлено спустя 2 минуты 43 секунды:
Торговая характеристика Коломенского уезда

Изображение

Изображение
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Ермаковы: миллионеры из Мещерино

#24 T.Larina » 07.10.2013, 23:34

Удивляешься тому, что всё-таки бывают на свете такие люди: имея способность приобрести солидный капитал, они умеют при этом делиться им с другими. Кажется, что такое противоестественно. Но такое было и бывает. И ведь не зря Элеонора Рузвельт говорила, что если бы жизнь была предсказуемой, она перестала бы быть жизнью и потеряла бы вкус.

Дело отцов.
Предприниматели Ермаковы родом из крепостных, из села Мещерино Коломенского уезда. Отец Флора, Яков, вместе со своим братом Кириллом, в основал в этом селе ткацкую фабрику, ставшую к сер. XIX в. крупнейшей в Подмосковье. Дело пошло, продукция имела большой успех, к 1818 году Ермаковы считались самыми богатыми людьми Коломенского уезда (В. Ярхо, ст."Промышленные магнаты — эмигранты - лишенцы.О русских семейных фирмах XIX в."), что и позволило впоследствии, в 1838 г., выкупиться у графа Шереметева из крепостных, который сдавал им в аренду свой старый дом, а затем и купить само село Мещерино.
А начиналось всё с барской мельницы в с. Мещерино, которую Яков с тремя другими братьями - Кириллом, Семеном и Ионой - арендовал на Северке, близ которой и выросла в будущем фабрика. В селе было две фабрики: "старая", которая осталась за Семеном и Ионой, и "новая", рядышком - Якова и Кирилла.
В "Указателе селений" 1852 г. фабрика Ермакова упоминается так:
"2 ситценабивные фабрики купцов Ермакова и Степанова"
.
К 1840-м гг. Ермаковы перебрались в Москву, основав ситценабивную и красильную фабрику за Трёхгорной заставой в Москве, в которой и начал свою трудовую деятельность юный Флор Ермаков. Яков также был и старостой московской церкви Воскресения Словущего на Успенском вражке.
Изображение
http://resurrection-uspvr.narod.ru
В середине 40-х гг. XIX в. Яков организовал торговый дом "Яков Ермаков с сыновьями", который предлагал "бумажный товар" в Москве, на Никольской улице, в Чижовском подворье.
Изображение
На Чижовском подворье
http://www.oldmos.ru/
Ситец Ермаковых производился качественно, на английском оборудовании; он приобрел народную славу и собственное имя — «ермак». По словам В. Ярхо,
"слава о продукции этой семейной фирмы достигла даже отдалённых уголков Сибири, где северные племена расплачивались за куски «ермака» пушниной"
.

Флор Ермаков.
Флор родился в 1815 г. в с. Мещерино Коломенского уезда. Образования, будучи крестьянским сыном, не получил, его школой стал завод на Трехгорке.
Он успешно продолжал семейное дело, имел две фабрики в Москве: старую, на Трехгорке, и шерстяную и камвольную фабрику в Сокольниках, а также текстильную фабрику в Вышнем Волочке, которую продал в 1888 г. фабрикантам Прохоровым - основателям знаменитой Трехгорной мануфактуры.
Помимо прочего, имел недвижимость в Москве и Петербурге.
Так получилось, что скончались отец, дядя, брат Александр... К 1880-м гг. Флор остался один во главе бизнеса. Этот момент можно считать поворотным в судьбе промышленника, поскольку после смертей своих близких - родителей, брата, своих двоих детей, жены - Флор стал заметное внимание уделять благотворительности. Всего считается, что на эти цели ушло около 3 млн. рублей - и сейчас немалая сумма, а по тем временам - огромное состояние.
В 1876 г. предприниматель закрывает фабрику в Сокольниках, перестраивает здание и открывает в нём Ермаковскую богадельню для призрения около 1 тыс. человек из крестьянского сословия (Александровское отделение). До революции ближайшую к богадельне улицу в память об этом событии называли Ермаковской. В 1889 г. похожая участь постигла и вторую московскую фабрику за Трехгорной заставой (Мариинское отделение) - и здесь была устроена богадельня. Для содержания обеих богаделен предоставил средства, получаемые от доходных домов в Москве и Петербурге, а также от лесной дачи при селе Тешилово Дмитровского уезда Московской губернии. В 1890 г. Флор Ермаков пожертвовал средства Московскому городскому общественному управлению, в частности 300 тыс. рублей на призрение душевнобольных (в 1896 г. устроено Ермаковское отделение на 100 человек в Алексеевской психиатрической больнице - знаменитой "Канатчиковой даче"). На капиталы, поступившие Московскому городскому общественному управлению по духовному завещанию Ермакова, в соответствии с его волей открыты
"ночлежные дома для рабочего населения Москвы"
(1909 г.).
Изображение
Ночлежный дом в Орликовом переулке.
http://www.oldmos.ru/
В 1890 г. Ермаков передает тюремному ведомству построенный и содержавшийся им дом для семей лиц, ссылавшихся в Сибирь по судебным приговорам, а затем, в 1893 г. в своем собственном доме на Новой Басманной улице открывает бесплатную народную столовую на 500 человек. В этом доме до самой смерти промышленника на его иждивении проживало до 200 монахинь провинциальных монастырей, пришедших в Москву для сбора пожертвований.
Государство и общество ценили благородные деяния Флора Яковлевича Ермакова, за что в 1890 г. приобрел звание действительного статского советника, что в соответствии с "Табелью о рангах" являлось весьма уважаемым и престижным, а чуть позже был награжден золотою медалью на Анненской ленте.
Ко всему прочему, этот выходец из крепостных крестьян, в 1877 г. получил дворянство.
За 2 года до своей смерти, последовавшей в 1895 г., Ф.Я. Ермаков в собственном доме на Новой Басманной в Москве, открыл народную столовую, где ежедневно получали бесплатный обед до 500 человек.
После своей смерти Ермаков завещал раздать "на помин души" для бедных и нищих, а также в бедные церкви и монастыри около 3, 5 млн. рублей. Сумма была очень большой, у властей возникли опасения, что может произойти катастрофа посерьезнее Ходынской. Кабинет министров разрешил вдове Флора Ермакова, Екатерине Корнильевне, изменить завещание: 888 тыс. руб. она получила сама на благотворительные нужды (построив в том числе и храм великомученицы Екатерины села Рахманово), 250 тыс. руб. разошлись бедным родственникам, а 100 тыс. руб. выделено для создания капитала на раздачу пособий бедным невестам крестьянского, мещанского и ремесленного сословий. Еще 800 тыс. руб. было выделено для устройства ремесленного училища, о котором речь пойдет ниже, и столько же - попечителям Хитрова рынка на создание ночлежных домов.
Капиталы Флора Яковлевича были вложены и в народное образование. Наиболее крупная доля (свыше 1 млн. рублей) израсходована на строительство и оборудование ремесленного училища им. Ф.Я. Ермакова, которое было открыто посмертно, в 1907, в специально построенном здании на Пречистенской набережной. Сейчас это Московский энергетический техникум.
Изображение
Московский энергетический техникум, приблизительно 1926 г.
http://www.oldmos.ru/

Ермаковы и Мещерино.
Не забывали известные и богатые купцы и о своей малой родине.
Благодаря средствам Якова Ермакова к 1845 году была перестроена и расширена трапезная Рождественского храма села с устройством фамильного склепа, где в 1855 г. была похоронена его жена – Прасковья Ивановна Ермакова (см."Провинциальный некрополь"). В 1850 г. была возведена трехъярусная колокольня, а позднее с западной стороны было пристроено здание Мещеринской богадельни с Введенским и Всехсвятским приделами, выстроенные из кирпича и камня того самого, уже разобранного к тому времени господского дома, который когда-то Шереметев сдавал в аренду Ермаковым. На эти средства храм был расписан, были установлены новые придельные иконостасы в стиле классицизма. На средства Ермаковых приобретена новая церковная утварь.
Изображение

Изображение

Изображение
Рождественский храм в Мещерино, 1990 г.
Сайт - источник фотографий храма в Мещерино: http://old.mesherino.orthodoxy.ru

----------
Иногда задумываешься: а зачем земля рождает таких людей? Для чего?
Наверное, для того чтобы лишний раз напомнить всем нам о том, что чем больше тебе дается Богом, тем легче и приятнее это отдавать нуждающимся. Это простое жизненное правило хорошо усвоили купцы 1-й гильдии и промышленники Ермаковы из села Мещерино Коломенского уезда.
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

#25 T.Larina » 08.10.2013, 13:50

[media]http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=JmuZ2oZnGDo#t=0[/media]
1953 год. Фильм о молодом городе Ступино.
Фильм о Ступино. Источник: http://www.stupino.info/
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

#26 T.Larina » 08.10.2013, 13:55

Нашла интересную свежую статью о церкви села Акатьево Коломенского района.
"Региональные вести": http://reg-vesti.ru/archives/1303
Опубликовано: 29 Январь 2010.
Однажды в Акатьеве исчезла церковь...
Когда мы начали выяснять подробности об одной акатьевской легенде, обнаружилось, что в селе этом поэтических фантастических сказаний так много, что, куда не глянь, обязательно наткнёшься на что-нибудь подобное – загадочное и интересное. Вот взять хотя бы название села. Некоторые читатели наверняка подумают: Акатьево стоит на Оке, вот вам и объяснение. А вот акатьевские старожилы говорят, что село изначально появилось на острове, со всех сторон омываемом, как бы «окатываемом» водами Оки. В какой-то момент река изменила направление, присоединив остров к остальной части суши и оставив после себя глубокие овраги. А название осталось. Есть и ещё интересная версия: будто в летописной повести о Куликовской битве среди крупнейших военачальников, павших в бою, упоминается Тимофей Акатьевич. Вполне возможно, что Акатьево принадлежало отцу этого воеводы, который и увековечил своё имя в названии населённого пункта.
Таинственное исчезновение церкви
102-летняя жительница Акатьева (Коломенский район), Анна Лукашина в 2004 г. рассказала работникам местной библиотеки историю о том, что несколько веков назад между сёлами Васильево и Жилёво была церковь, большая и красивая. Однажды ночью на Пасху пришли люди в тот храм, а наутро обнаружилось, что исчезла и церковь, и молящиеся. Как сквозь землю провалились!
Больше старушка ничего не смогла рассказать по этому поводу. Нет и описания церкви, и уж тем более её изображений. «Большая и красивая». И всё.
Изображение
– Я посчитала, что это могло случиться приблизительно в 1574 г., ведь Анна Лукашина эту историю услышала от прапрапрадеда, – рассказала директор сельской библиотеки Виктория Захарова.
– Мы собирали материал для книги об Акатьеве и много общались со старожилами, – вспоминает библиотекарь Валентина Дворова. – Эта история очень нас удивила. Ведь раньше мы ни о чём подобном не слышали. Сначала даже не поверили, но потом слова Анны Лукашиной стали подтверждать другие жители села, и нам ничего не оставалось, как признать, что такое действительно могло случиться несколько веков назад.
Тем более что в середине 40-х гг. прошлого века в Акатьево приезжали геологи, которые подтвердили: место болотистое, зыбкое…
Отец Александр, настоятель храма Воскресения Христова в Васильеве:
Изображение
– Видимо, какой-то храм там действительно был. Возможно, что его затопило, когда течение реки изменило направление. Не исключено, что это была никакая не церковь, а монастырь, который по какой-то причине покинули монахи, и который со временем разрушился. И, наконец, эта легенда может вообще не иметь под собой реальных оснований. Дело в том, что храмы и раньше уходили под землю – случаи такие известны на Руси. Так что это вполне могло произойти в другом месте, а до Акатьева дошло с людской молвой.
Кстати, о похожей легенде «РВ» писали в прошлом году – о церкви в Оленьем вражке в Запрудах.
Говорят, в прошлом году в Акатьеве, близ места, где, по легенде, таинственно исчез храм, велись раскопки, в результате которых на глубине 40 см был обнаружен крестик и серебряные пуговицы.
Изображение
Новая церковь
Примерно через 150 лет после того, как не стало в Акатьеве церкви, в 1712 г., в соседнем селе Васильеве тщанием прихожан началось строительство новой церкви, получившей название Обновления храма Воскресения Христова (подробную информацию об этом можно прочитать в книге «Краткие сведения о всех церквях Московской епархии», 1874 г.). На протяжении последующих столетий храм постоянно обновлялся и достраивался.
Вот что помнят о нём местные жители: «Церковный ансамбль включал в себя церковь и впритык к ней колокольню с высоким шпилем. Внешне церковь казалась двухэтажной. Высокие окна, над ними полукружья – арки. Издалека был виден её высокий двухцветный четверик с куполом и единственной главкой. С запада к церкви примыкала небольшая колокольня с крупным верхним ярусом, с колоннами, карнизом и куполом, увенчанным высоким шпилем. С севера к летней церкви был пристроен предел во имя святителя Николая».
Кто задумал васильевскую церковь именно такой, неизвестно. Но, по оценкам специалистов, подобных изящных храмов на Руси было немного. В 30-е гг. XX в. богатая церковь была разграблена и разрушена, сейчас от неё осталась лишь одна стена и фрагмент пола, но по сохранившейся мозаике и по кускам белокаменных украшений можно судить, что за красавица была та церковь.
– Я училась в васильевской школе, которая как раз находилась рядом с храмом, – вспоминает Валентина Дворова. – Это было в 1945 г. На переменах мы часто играли в прятки в полуразрушенном здании, взбегали по лестнице на колокольню (позже её тоже разобрали). И, я помню, наверху нам всегда слышался какой-то гул – такой пронзительный, тревожный. Может быть, это был ветер, а может, ещё что – сказать трудно.
Местные жители передали фотографию васильевской церкви в библиотеку, где она до сих пор и хранится – как напоминание об архитектурном памятнике прошлого, оставившем глубокий след в сердцах людей.
По реке плыла икона…
Это тоже одна из древних акатьевских легенд. Вот что рассказывают местные жители: «Икона Казанской Божьей Матери явилась на реке Оке. Плыла во время половодья. Первыми увидели её бурлаки, которые в этот момент тянули баржу. Остановились передохнуть и смотрят: ба-а, по реке икона плывёт! Торжественно, с крестным ходом, отнесли её жители села в церковь и поместили в правой части, у южного входа. В храме около неё всегда горела неугасимая лампада, и праздник в честь Казанского образа почитался наравне с престольным».
– Когда именно явилась на реке икона, неизвестно, – комментирует Виктория Захарова. – Единственный наш временной ориентир – бурлаки, их труд был особенно распространён в XVII–XVIII вв.
Каменный брод
И уж совсем загадочная акатьевская легенда связана с периодом татаро-монгольского нашествия. Якобы задумали враги пересечь Оку с той стороны, где в неё впадает Осётр. Никакого моста в том месте, разумеется, не было. Как перебраться? Говорят, что каждый воин принёс с собой к реке по камню. Из них сделали брод, по которому и перешли реку. С тех самых пор дно кое-где почти идеально ровное.
– В тех местах река очень глубокая, брод есть, но немного выше, – не подтверждает и не опровергает, а, скорее, рассуждает библиотекарь Валентина Дворова. – Если и несли туда камни, то сколько же нужно было их положить на дно, чтобы сделать переход?! Может быть, это было где-то в районе Зиновьева, там река как раз сужается… К сожалению, никакой информации, подтверждающей эту легенду, у нас пока нет.
А может быть, она есть у наших читателей?

Приглашаем вас принять участие в подготовке материалов для рубрики «Охотники за легендами». Если вы знаете что-то интересное, необычное, загадочное о нашем регионе, пишите на regvesti@pochta.ru
P.S. «Региональные вести» благодарны сотрудникам акатевской сельской библиотеки и настоятелю церкви в Васильеве за помощь в подготовке публикации.
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Федосьино

#27 T.Larina » 08.10.2013, 14:09

Историческая справка.

Первое упоминание о селе Федосьино относится к 1497 году[1]. Это село входило в Большой Микулин стан, который был одним из крупнейших в Коломенском уезде.
Название села, по всей видимости, связано с именем его владелицы – Федосьи Толмач, дочери сына боярского, которая передала Федосьино «на речке Берёзовке» в Голутвинский монастырь[2].
Федосьино и позже не принадлежало частным лицам. В 60-е гг. XVIII в. село принадлежало Казённой палате крестьян, находилось в Подберезинской волости и насчитывало более 200 душ. Эти владения по площади были довольно внушительными и ограничивались с севера рекой Осёнкой, с запада – рекой Дубровкой, а с востока – Грязновкой [3].
После административной реформы Екатерины II Большой Микулин стан был ликвидирован. Во второй половине XVIII века Федосьино вошло во 2-й стан Коломенского уезда и образовало собой Федосьинскую волость.
При селе Федосьино был земский приёмный покой в составе женщины-врача, фельдшерицы и акушерки, а в соседних Субботово и Подберезниках – земская школа и церковно-приходская школа.[4]
По данным на 1894 год в селе были кузница и церковь, а также 1 трактир, 3 мелкотоварные и 1 чайная лавки. Село Федосьино стояло на Малинском тракте, относилось к третьему участку этой дороги (11 – 15 вёрсты) и являлось сборным пунктом на всём участке.
Изображение
Село Федосьино (1860 г.) с участком Малинского тракта (дорога от Федосьино до Богдановки).
Изображение
... и сейчас. Найдите 10 отличий!
В 90-е гг. XIX века в Федосьино произошёл местный бунт. Об этом более подробно пишет известный коломенский краевед Валерий Ярхо в своей статье для газеты "Наша Губернiя" (№ 22 за 2008 год):
Бунт местного значения

Неприятности у крестьянина Евтеева, жителя деревни Юреневой Коломенского уезда, начались с пустяков, о которых из-за их ничтожности никто не вспоминал уже спустя год - последствия же были куда более масштабны…
Сельский волостной суд в феврале 1891-го года приговорил Евтеева за какие-то там проступки к аресту на несколько дней. Отбывать это вполне обычное наказание надлежало в камере при волостном правлении. О приговоре суда Евтееву было объявлено через юреневского сельского старосту, с указанием дня и часа, когда ему следовало явиться для отбытия наказания. Другой бы отсидел, да и ладушки, отдохнул бы от тяжкого труда и забот, получая казённый харч и полёживая на нарах. Но Евтеев приговором остался недоволен, поскольку считал себя невиновным, а в действиях односельчан усматривал элементы заговора против собственной персоны. Он был возмущён, не желал потакать произволу и наотрез отказался подчиниться приговору суда. Напрасно его ждали в волостном правлении - приговорённый Евтеев для отбытия наказания не явился.
Волостные власти проглядели начало бунта и, подумав, что Евтеев попросту пропустил дату по какой-то вполне объяснимой причине - скажем, запил, обратились за помощью к местной полиции в лице господина станового пристава. Тот отреагировал немедленно, приказав уряднику арестовать нерадивого Евтеева и доставить к месту отбытия. Под вечер 14 февраля урядник на казённых лошадях прибыл в Юреневую, остановился у дома старосты и велел ему собрать понятых. Потом вместе со старостой и понятыми он пошёл исполнять приказание, но столкнулся с непредвиденными трудностями. Евтеева уже предупредили, что по его душу приехали, и он заперся в своей избе, отказываясь открывать дверь представителям власти. Те долго стучали, урядник, надсаживаясь, кричал, что приехал арестовать его по приказу станового пристава и все равно исполнит приказ, хотя бы ему для этого придётся сломать дверь. В ответ из-за двери послышалась брань и угрозы: Евтеев кричал, что никого не впустит, а коли кто сам войдёт, тому первому он всадит вилы в бок.
Видя, что проку от уговоров нет никакого, урядник приказал снять дверь с петель, и понятые, не мешкая, приступили к делу. Дверь оказалась подпёртой изнутри, и пока они возились, бунтовщик внутри затих, словно притаился, а когда староста с урядником, державшим наготове шашку, вынутую из ножен, вошли в тёмную избу, на них откуда-то из дальнего угла бросился Евтеев. Про вилы он соврал - вооружён был молотком, который не замедлил пустить в ход, нанеся им несколько ударов по лицу и голове старосты. Тот, обливаясь кровью, повалился на пол, а урядник вступил с буяном в схватку. Евтеев сумел выхватить у него из рук шашку и обломал ей конец, но тут подоспели понятые, и совместными усилиями юрьевского бунтаря обезоружили и скрутили.
Связанного по рукам и ногам буяна кинули в сани и для верности уселись ему на ноги, да так и привезли в волостное правление. Только там, на пороге заждавшейся его арестной камеры Евтеева развязали и наконец-то ввергли в узилище. Однако теперь он в родной кутузке не засиделся - дело-то его из пустякового перешло в разряд опасных: Евтеева обвиняли в вооружённом сопротивлении властям, за что ему предстояло держать ответ перед уголовным судом. На другой день из волостного правления его перевезли в Коломну, и в тамошней городской тюрьме бунтовщик просидел больше года, пока шло следствие и ждали начала судебной сессии. Лишь 24 февраля 1892 года суд над Евтеевым состоялся, но, как показал процесс, время, проведённое в тюрьме, ничуть не пошло ему на пользу. Находясь под следствием, буян не чуточки не поумнел: он отказался признать себя виновным и отрицал факт сопротивления властям. С упорством, достойным лучшего применения, всё твердил о том, что приговор волостного суда ему не объявили, и он понятия не имел ни о том, что должен явиться для отбытия наказания в волостное правление, ни о том, зачем к нему в избу ломятся. Он, де, испугался - думал, что это "какие-то лихие люди, хотят его ограбить". Обвиняющая сторона легко опровергла этот детский лепет показаниями свидетелей, понятых, старосты и других жителей деревни, присутствовавших при аресте Евтеева - все как один показали, что, когда урядник и староста стучались в дверь избы, они несколько раз громко и чётко объявляли ему, что пришли арестовать Евтеева по приговору волостного суда. Конечно же, Евтеева признали виновным и приговорили к отдаче его в арестантское отделение тюрьмы сроком на три года.
Приговор, вынесенный Евтееву, был известен всей округе, но пример этот, что называется, не пошёл впрок. Года не прошло, как снова вспыхнул сельский бунт, на этот раз в селе Федосьино. Там всё дело завертелось из-за недоимок при исполнении повинностей, взыскать которые 13 октября 1893 года прибыл в село Федосьино пристав 1-го стана Коломенского уезда господин Розенберг. Собрав крестьян на сход, пристав зачитал им какие положено бумаги и, как водится, потребовал немедля покрыть недоимки. Но тут его ждала неудача. Может, день был такой, всё ж 13-е число, может, и в самом деле у федосьинских селян тогда ни шиша в карманах не было - только недоимку они покрыть отказались. От лица всего общества господина пристава просили "обождать до следующего базара", на котором они рассчитывали расторговаться продуктами своего натурального хозяйства и выручить суммы, необходимые для погашения долга. Но господин пристав был не лыком шит и знал, что на кабак у крестьян деньги всегда имеются, а на покрытие долгов никогда нету, и посему ждать отказался, потребовав внесения недоимки немедленно, пригрозив в противном случае описать и арестовать имущество должников в счёт недоимки. Но и в этом случае федосьевцы не дрогнули и платить не стали. Тогда Розенберг приказал старосте и сотским пригнать сельское стадо и готовить подводы. Услыхав такие приказы, крестьяне стали расходиться, хотя пристав велел им оставаться на местах, на площади у волостного правления. Пристава никто не послушал, и вскоре разошлись все.
Пристав, видя, что слова его не производят никакого впечатления, решил действовать. Сам Розенберг, сельский староста, старшины и сотские отправились по дворам должников, и первым они пришли к крестьянину Горину, самому крупному из недоимщиков. Вслед за приставом и должностными лицами двинулась толпа селян, которой командовал местный житель Иван Огольцов. Заметив толпу, пристав Розенберг обнажил шашку и несколько раз останавливался и помахивал оружием, грозя толпе. Когда пристав, староста и остальные дошли-таки до двора Горина и вошли в избу, федосьевцы обложили дом со всех сторон. Пристав распорядился начать опись и складывать в горнице предметы, отмеченные в списке. Когда работа была в самом разгаре, с улицы в избу Гориных ворвались несколько человек, кричавших: "Грабители приехали грабить! Вон его! Горин, не будь дураком, не отдавай одежду! Запирай грабителей в холодную!" При этом братья Николай и Фёдор Щипковы напали на пристава - Николай схватил его за руки, а Фёдор звезданул Розенбергу по скуле кулаком. Когда за пристава попытались вступиться староста и старшины, досталось и им, Николай двинул одному в бок, другому по шее, раскидал заступников, и братья потащили пристава на улицу. Неизвестно, чем бы дело кончилось, но тут возле толпы у дома Горина остановилась городская пролётка, в которой сидел земский доктор, ничего не знавший о происходившем в Федосьине. Врач стал спрашивать крестьян: есть ли больные? чем болеют дети? нет ли повальных болезней? Крестьяне стали ему отвечать, отвлеклись, и, воспользовавшись этим случаем, пристава вывели из толпы, и он поспешил укрыться в волостном правлении. Заметив эту ретираду, крестьяне бросились в след с криками: "Возьмём его на ура!", и Розенберг поспешил уехать из села, так и не арестовав описанного имущества и не собрав недоимок. Обо всём случившемся он доложил начальству и написал протокол, который стал поводом для начала следствия.
Расследование показало, что толпой, напавшей на пристава Розенберга, руководили братья Огольцовы: председатель волостного суда Иван Огольцов, его братья Матвей и Пётр. Им активно помогали Фёдор Шинков и братья Щипковы, причинившие приставу оскорбления действием. Всю эту компанию отдали под суд, и дело было рассмотрено 23 мая 1894 года в Уголовном департаменте Московской судебной палаты. На суде присутствовали товарищ (заместитель) коломенского городского головы господин Щепкин и волостной староста Романов. В отличие от буйного упрямца Евтеева, федосьевцы дело повели хитро, показания давали столь ловко, что виновными признали только двух братьев Щипковых, непосредственно бивших пристава, - им дали по три месяца тюрьмы каждому, а всех остальных оправдали.
Позже такие стихийные бунты советские учёные в своих исследованиях любили называть "крестьянскими выступлениями против царизма", выводя из них пример "всенародного недовольства" и предзнаменование грядущей революции, дальними отголосками которой они якобы были. Сколь это верно, судите сами, но 30-ю годами позже и за куда как меньшие проступки против "родной народной власти" сыновей и внуков тех же самых крестьян высылали на веки вечные в холодные тундры, а то и просто приговаривали "к высшей мере социальной защиты", как тогда красиво величали смертную казнь. До этого "проклятые царские сатрапы" додуматься даже не могли, за что многие нынешние причастные к политике очень им пеняют, считая такой гуманизм проявлением "слабости власти". Либерализма царской полиции и судов очень не одобряют эти господа (или товарищи, поди, разбери их…). Требуя в очередной раз "закрутить гайки", они как-то забывают примерить лагерный клифт и "высшую меру" на самих себя, рассчитывая, что это именно они будут "закручивать" и "приводить в исполнение", а их-то "не за что будет". Они плохо знают историю своего отечества: у нас только начни, потом уже не остановишь, и тот, кто начинал, сам уж не рад будет.

Валерий ЯРХО
В 1890 году в Федосьино родился Пётр Юрьевич Шураков – член Коллегии обвинителей и правозаступников в уездном городе Коломне, где и проживал , вероятно, в известном доме Мещанинова , до тех пор, пока его не репрессировали в 20-е гг. за "антисоветчину". Член такой Коллегии в современном понимании этого слова именовался бы "адвокатом" или "юрисконсультом".
Изображение
Фотография пользователя Panoramio kwo1.
После революции 1917 года образовался Федосьинский сельсовет, по данным переписи 1926 года, в селе были агропункт, больница, ВИК, единое потребительское общество, изба-читальня. Федосьинский сельский совет вошёл в Коломенский район в 1929 году. На территории Федосьинского сельского совета был создан совхоз «Проводник», который занимался растениеводством, молочным и мясным животноводством. В 2003 году объединились Федосьинский и Лукерьинский сельские округа в единый Федосьинский сельский округ. В 2005 году населённые пункты Федосьинского сельского округа вошли в состав сельского поселения Проводниковское с административным центром в посёлке Проводник. Сейчас село Федосьино входит в сельское поселение Проводниковское.

Федосьинская волость.
В Федосьинскую волость входили сёла и деревни:

Богдановка
Колодкино
Павлеево
Новоселки
Коростыли
Мякинино
Новое
Каменка
Жуково
Ильинское
Печенцино
Ляхово
Лыково
Субботово
Якшино
Подберезники


Достопримечательности.
Федосьинская земская больница вошла в "Список памятников истории и культуры местного значения, находящихся на территории Московской области". Земская больница состоит из главного корпуса с жилым домом, кухней и палатным корпусом.
Также в селе находится деревянный крест, установленный здесь в 2005 году в память о сгоревшей церкви.

Церковь.
Трагична история древней Архангельской церкви. Она упоминается ещё в документах XVI века как деревянная; судя по всему, неоднократно перестраивалась, приняв свой окончательный облик в 1762 году (колокольня в последний раз перестраивалась в 1869 году). Церковь Михаила Архенгела находилась на северо-восточной оконечности села[6]. Храм был деревянный и сгорел в середине XX столетия. Церковь не стали восстанавливать, лишь в 2005 году был установлен деревянный крест в память о некогда находившемся здесь храме.

Литература (см. по сноскам):
1. Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV — начала XVI вв. (АСЭИ) (т. 1—3, М., 1952—64), тII.414
2. Писцовыя книги Московскаго государства/ под ред. действительнаго члена Н. В. Калачова .- Санкт-Петербург : издание Императорскаго русскаго географическаго о-ва , 1872-1895 - стр. 323
3. План Генерального межевания Российской империи XVIII-XIX вв., Коломенский уезд
4. Памятная книжка Московской губернии на 1899 год, Москва, 1899
5. Писцовыя книги Московскаго государства/ под ред. действительнаго члена Н. В. Калачова .- Санкт-Петербург : издание Императорскаго русскаго географическаго о-ва , 1872-1895 - стр. 323
6. План Генерального межевания Российской империи XVIII-XIX вв., Коломенский уезд


Примечание к статье! Если при прочтении этой статьи Вам покажется, что она очень похожа на статью про Федосьино из Википедии, спешу сообщить, что это - не плагиат, поскольку автор обеих статей я (в Википедии - пользователь T.Larina), и первый вариант был опубликован на форуме, а не в популярной сетевой энциклопедии. :)
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Буньково

#28 T.Larina » 08.10.2013, 14:17

По данным словарей, название "Буньково" произошло от антропонима (слово, произошедшее от имени собственного) "Буня", "Бунко", "Буньков"...
Если верить этимологическому словарю Фасмера, то "Буня" - "хвастун, гордец", (рязан., тамб.). То же показывает и словарь Даля. Если учесть, забегая вперед, что владельцем села был некий рязанский боярин, то такая версия происхождения названия имеет место быть.
Первое упоминание о селении встречается в духовной грамоте великой княгини Софьи Витовтовны от 1451 года:
"Во имя святых и живоначальных Троицы, Отца и Сына и Святого духа, и по благословению отца нашего Ионы, митрополита киевского и всея Руси, се я грешная и худая раба Божия Софья, пишу сию духовную грамоту, о управление чина о своей души, в своём смысле и в своём разуме.<...> А сноху свою, великую княгиню Марию, благословляю, даю ей святую икону окованну на мусии святыи. <...> А из прикупов из своих, из Коломенских сёл (даю): Северсце село Григориево село Наумова да у Малино Ивановское село Бунькова.
"
Софья, будучи дочерью великого князя литовского, могла получить хорошее приданое, на которое она "примыслила" (купила, приобрела) много сёл и деревень. Если учесть, что Буньково было "из Коломенских прикупов", то, скорее всего, великая княгиня и приобрела его на свое приданое.
Ранее сельцо Буньково принадлежало сыну боярскому Ивану Бунко. С именем последнего связан весьма интересный факт. 13 февраля 1446 года во время литургии в соборе Троицкого монастыря, Бунко приехал к великому князю Василию II и сообщил о заговоре Ивана Можайского и Дмитрия Шемяки. Следует учесть, что Бунко чуть ранее переметнулся на сторону Дмитрия Шемяки. Однако он оставался верен своему бывшему князю, решаясь на такой шаг. Но старания Ивана Бунко не оценили, и его избили ратные люди Василия II.
В период XVI-XVII вв. в Коломенском уезде существовало два Буньково: одно в Маковском стане (нынешнее село), второе (пустошь Буньково) - в Комаревском стане, на реке Бунчихе. Расстояние между ними по прямой около 20 км.
В XVI веке Буньково владели Борыковы (Барыковы). Существуют два древних дворянских рода Барыковых. Один из этих двух родов, по официальным данным, ведет свое начало от Тимофея Борыкова, сын которого был известен в Коломенском уезде ещё в 1627 году.
В "Писцовой книге Московского государства" встречаем такую запись от 1577-1578 гг.:
"За Тимофеем Тихоновым сыном Борыкова, а преж того было в поместье за отцом его: сельцо Бунково на речке Сосонке (Сосенке - прим.): пашни сер. земли 37 четьи, добр. землею 30 четьи, пер. 53 четьи, пер. и лесом поросло 110 четьи, доброю землею пер. и лесом поросло 130 четьи, и обоего пашни (и) пер. и лесом поросло добр. землею с наддачею 160 четьи в поле, а в дву потому ж, сена по оврагам и меж пашен 300 коп. лесу рощи 15 дес. "
В период Смутного времени (конце XVI- начале XVII в.) в окрестностях Буньково разворачивались события, произошедшие 8 октября 1606 года, связанные с противостоянием соединенных войск И. Болотникова и И. Пашкова и войск царя Василия Шуйского. В XVIII веке проводилось генеральное межевание земель, в соответствии с которым были изданы Планы Генерального Межевания. По результатам данного межевания Буньково значилось так:
"Бунково, сельцо Коломенского уезда, Маковского стана, общее владение капитана Григория Григорьевича Желтухина да отписной вотчины, что прежде была асессора Антипы Григорьевича Чюбарова, которая ныне в ведомстве Коломенской воеводской канцелярии. Межевал 11 октября 1768 г. Пашня 357 десятин 1386 саженей, сенной покос 7 десятин 100 саженей, селение 7 десятин, дороги 2000 десятин, река 2 десятины 300 саженей "
. (Прим. в 1 десятине 2400 квадратных саженей, в 1 квадратной сажени - 1, 12 га).
Желтухины - это древний дворянский род из Коломны. Сам Григорий Григорьевич Желтухин, один из владельцев Буньково в XVIII веке, был отставным капитаном, в 1753 году заключил брак с Дарьей Борисовной Загряжской. Родственником супруги Г.Г. Желтухина был Владимир Сергеевич Бутурлин, женатый на Марии Борисовне Загряжской, сестре Дарьи Борисовны. Бутурлины же, в свою очередь владели соседним старинным селом Голочелово.
По состоянию на 1768 год в Буньково проживало 48 человек. В середине XIX в. сельцом владел коллежский регистратор Иван Петрович Герцович (позже встречается фамилия Герценвич).
В 1859 году в свет вышли "Списки населенных мест Московской губернии". Это было статистическое издание, дающее наиболее полное представление о населенных пунктах того времени. В этом издании Буньково именовалось как "Буняково с хутором Московкою" и располагалось при речке Сосенке. По данным переписи, в Буньково в 1859 году было 29 дворов, населяли которые 170 человек - 74 мужского пола и 96 женского. За 7 лет в Буньково появилось 6 дворов ( в 1852 г. их было 23 при том же количестве населения). В соседнем Ламоново было 24 двора, а население составляло 131 человек. В деревне Старое было 27 дворов, где проживали 192 человека.
В середине XIX в. сельцом владели братья коллежский регистратор Иван Петрович Герценвиц (встречается вариант фамилии Герценвич), коллежский советник Николай Петрович Герценвиц и титулярный советник Григорий Петрович Герценвиц, дворяне Павлоградского уезда Екатеринославской губернии. Им это имение перешло от отца, ротмистра Петра Ивановича Герценвица [13]. После смерти Николая Петровича, последовавшей приблизительно в 1864 году, его доля в составе земель сельца Бунькова перешла вдове Евдокии Федоровне Герценвиц (Лихачевой), проживавшей в г. Харькове "на Екатеринославской улице в собственном доме" [14].
Григорий Петрович скончался в 1863 г., и его наследниками стали дети, дворяне Екатеринославской губернии: коллежский регистратор Григорий Григорьевич, губернский секретарь Александр Григорьевич и лекарь Петр Григорьевич Герценвиц [15].
Таким образом, Буньково вступило в эпоху освобождения от крепостной зависимости с четырьмя владельцами, с которыми крестьяне и заключили выкупную сделку на землю, как это требовало специальное Положение, изданное Александром II во исполнение крестьянской реформы 1861 года.
Из Уставных грамот помещиков Ивана Петровича и Григория Петровича Герценвиц, составленных 12 сентября 1862 года, можно проанализировать не только взаимоотношения крестьян Буньково с помещиком, но и характер их занятий, а также детали быта. Так, до реформы крестьяне платили оброк в размере 20 рублей с тягла (по 10 рублей с двух душ [16]), а с изданием Уставных грамот эту планку понизили до 10 рублей с надела в год. Эти суммы вносились крестьянским обществом сельца Буньково дважды в год — в марте и сентябре.
Крестьянское общество деревни Буньково пользовалось водой из реки Сосенки, "протекающей между дворов", а также держало хлебный магазин — запас продовольствия на случай голода или неурожая, что являлось законодательно закрепленной обязанностью.
При этом земля крестьянских усадеб Бунькова была отнесена ко 2 разряду земель "на том основании, что крестьяне помимо земли пользуются заработками в Москве и соседних фабриках Бронницкаго уезда" [17].
Информация об отхожих промыслах крестьян деревни Буньково Коломенского уезда подтверждается и Поселенными ведомостями по Глебовской волости: по торговой части было привлечено 7 человек, в Гжели на фарфором заводе работало 10, на парчевых фабриках — 10, на ткацких — 5.
Ближайшая школа, куда отдавали детей, была церковно-приходская — в соседнем селе Голочелово (Троицкое). В Поселенных ведомостях по Глебовской волости Коломенского уезда указано, что у священника обучались мальчики, родители которых платили по 2 рубля за азбуку, 2 рубля за псалтырь, 2 рубля за письмо, 2 рубля за счет [17].
По данным Памятной книжки Московской губернии на 1890 год, в деревне Буньково насчитывалось 104 души а вот в 1899 году - уже 78. Примечательно, что в этой книжке Буньково упоминается как "Дуньково" (опечатка). Оно находилось в составе Глебовской волости Коломенского уезда, во 2-м стане. Волостное правление располагалось в селе Хонятино. Там же находилась и церковно-приходская школа. По данным Памятной книжки Московской губернии на 1909 год, Буньково располагалось в той же волости, но уже в 3-м стане. Становой пристав находился в с. Озеры (ныне - город Озеры). Становой пристав – это полицейская должность в дореволюционной России. Уезды делились на станы – полицейские территориальные единицы. В ведении станового пристава находились Глебовская, Малинская, Горская, Куртинская, Верховлянская, Мещеринская, Суковская и Бояркинская волости (по состоянию на 1895 год). В Буньково в 1912 году было 39 дворов.
В конце XIX в. в Буньково была школа грамоты (по данным на 1894 г., неточные данные о школе), обучающая самому необходимому и элементарному, срок обучения в которой,как и во всех аналогичных учебных заведениях, составлял 1-2 года. Обучение в школах грамоты обычно ограничивалось заучиванием молитв, начатками чтения, письма и счёта. Известно, что школа грамоты была в соседнем Нефедьево и Четряково.По данным на 1894 г. в Буньково было уже 45 деревенских дворов, из них в 38 проживали люди, занимающиеся хлебопашеством. Население составляло около 214 человек (мужчин - 62, женщин - 72 ,детей - 80), из них работников 59. Землевладельческий надел на душу составлял всего 3 десятины, что было стандартной величиной: так, в соседнем Щапово такие наделы составляли около 3-х десятин, в Б. Алексеевском - те же 3 десятины, а в д. Старое - около 5 десятин. В источниках конца XIX в. указан и состав скота в деревне: лошадей было 18, крупного рогатого скота - 35, мелкого - 154, всего дворов без лошади - 16. Жители Буньково не занимались промыслами на дому: все 47 человек, занимающихся этим, выезжали либо в уезд, либо вовсе на отхожий промысел.
По воспоминаниям местных жителей, в Буньково некогда была часовня. Сейчас от неё не осталось и следа, но еще относительно недавно, лежал большой белый камень – остатки фундамента.
В документах, хрониках и справочниках ничего не упоминается о часовне в Буньково, что позволяет сделать вывод о том, что она была, возможно, не часовней в традиционном представлении, с куполом, в образе церкви в миниатюре, а часовней-столбом, которую мог установить любой крестьянин и коих было достаточно много в российских деревнях.
В 1926 г. прошла всесоюзная перепись, по результатам которой в Буньково проживали 41 мужчина и 48 женщин, а сама деревня входила, по всей видимости, в Старовский сельсовет Глебовской волости.
С приходом новой власти произошли изменения и в административном делении Московской области. Постановлением ВЦИК № 358 от 12 июля 1929 года был образован Малинский район Московской области, куда вошло и Буньково.
Но в середине 50-х годов XX века Малинский район постигло укрупнение, и указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 7 декабря 1957 года район был упразднен. Он вошёл в состав Ступинского района (с 1934 по 1938 гг. Ступино носило название рабочий посёлок Электровоз).
По рассказам местных жителей, мощный сосновый лес, произрастающий около Буньково, появился сравнительно недавно - в 50-х гг. XX века, на месте вырубок. Примерно в те же годы сюда пришло электричество.
В 80-х годах XX века в окрестностях Буньково - селе Авдотьино Ступинского района - снимали знаменитый фильм Марка Захарова "Формула любви". В некоторых сценах можно увидеть Тихвинскую церковь этого села, а также реку Северку.
В 1958 году Буньково вошло в колхоз им. Мичурина, который образовался благодаря слиянию трех колхозов - им. Мичурина (Аксиньино, Старое, Хомутово, Голочелово, Занкино), "Красный садовник" (Щапово, Буньково, Нефедьево, Ламоново) и "Восход".
Изображение
В 1992 г. на землях колхоза "Мичуринец" юридически образовалось СНТ "Буньково", а в 1993-1994 гг. стали осваиваться первые участки.
В 2001 г. была заасфальтирована грунтовая дорога "Ламоново-Старое" вблизи деревни Буньково, в органах представительной власти муниципалитета шла речь о проведении автобусного маршрута. В 2005 вблизи Буньково и недалеко от деревни Старое потерпел крушение самолет "Cessna", упав в лесной массив.
До 2006 г. деревня Буньково являлась частью Аксиньинского сельского округа Ступинского района - сейчас она входит в состав Аксиньинского сельского поселения, объединившего три бывших сельских округа - Аксиньинского, Мещеринского и Большеалексеевского.
В июне 2011 года Постановлением Правительства Московской области в гарницы д. Буньково был включен земельный участок площадью 290100 кв. м.

--------------------------------------
Источники:
1. Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV–XVI вв.Подготовлено к печати Л.В.Черепниным. М.-Л.: Издательство Академии наук СССР, 1950.
2. Московский летописный свод конца XV в.
3. Писцовые книги Московского государства XVI в., изд. под ред. Калачева.
4. Писцовые книги Коломенского уезда XVII в.
5. Общий гербовник дворянских родов Всероссийской губернии.
6. Памятная книжка Московской губернии на 1899 год, Москва, 1899.
7. Памятная книжка Московской губернии на 1909 год, Москва, 1909.
8. Списки населенных мест Московской губернии, 1859.
9. Указатель селений и жителей уездов Московской губернии / Сост. по офиц. сведениям и документам К. Нистремом, Москва : тип. Ведом. Моск.гор. полиции, 1852.
10. Списки населенных мест Московской губернии, 1912.
11. Справочник по населённым местам Московской губернии : по материалам всесоюзной переписи 1926 года, Москва : Московский стат. отд., 1929.
12.Сведения о крестьянском землевладении и землепользовании; фабричных и отхожих промыслах; платежах и недоимках на 1-е января 1894 года, Коломна : Колом. уезд. земство, 1894.
13. ЦГА г. Москвы, ф. 66, оп. 5 д. 1387, л. 68.
14. ЦГА г. Москвы, ф. ,оп. 5 д. 1387.
15. ЦГА г. Москвы, ф. 66, оп. 5 д. 1387, л. 1.
16. ЦГА г. Москвы, ф. 184, оп. 10, д. 2076.
17. ЦГА г. Москвы, ф. 66, оп. 3, д. 1726, л. 2.

Литература:
1. Мазуров А.Б., 2001. Средневековая Коломна в XIV - первой половине XVI в. М.
2. Кусов В.С., 2004. Земли Московской губернии в XVIII веке
3. Большая советская энциклопедия, т.62.
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Еганово - интересный факт

#29 T.Larina » 08.10.2013, 14:19

1828 год. Июня 5. Коломенской округи села Яганова помещика Александра Александровича Маркова крестьянин Афанасий Гаврилов, по показанию его, в апреле месяце был несколько слаб здоровьем и видел ночью дважды во сне святителя Николая, повелевающего очистить в овраге, не более четверти версты от селения, называемого Сахаровым, заплывший колодец с тем что он там обретет икону Николая Чудотворца. И как начал оный рыть, а вырыв более аршина, обрел икону св. Николая ниц лежащую, которую поставил около колодезя на столбе, а спустя неделю объявил о том словесно священнику села Авдулово, к коему приписано Яганово, который освятил колодец по надлежащему; а икону крестьянин упросил поставить в церковь села Яганова в пожертвование; и многие просят служить молебны пред сею иконой. Владыка (Филарет Московский - Прим.) на репорте о сем благочиннаго написал: "Икону представить в кафедральный монастырь для усмотрения". Там и осталась.

(Сборник, изданный Обществом любителей духовного просвещения, по случаю столетнего юбилея со дня рождения (1782-1882) Филарета, митрополита Московского: Т. 1-2 - стр. 192).
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Дубнево (дополнение к уже известной истории села)

#30 T.Larina » 08.10.2013, 14:22

Нетрудно догадаться (впрочем, и догадываться не нужно - так и есть), что Дубнево из-за непосредственной близости к селу Малино, древнему торговому и административному центру, всегда тесно взаимодействовало с ним и входило сначала в Малинскую волость, потом - в Малинский район, ещё позже - в Малинское городское поселение.
Межевание XVIII века показывает, что Дубнево на тот момент находилось в общем владении А. Г. Жеребцова, вдовы А. Г. Полуэктовой, Н. С Голостенова и Ф. А. Беляева вместе с Борзецовым. В XIX столетии оно продолжало оставаться у Жеребцовых и Беляевых. Вообще Дубнево было крупным селом, по сравнению с ближайшими окрестными могло сравниться разве что со Стрелецким Полем, Малино в момент екатерининского межевания земель, если верить ПГМ, было значительно меньше, хотя непосредственно в земельный массив села Малино входили Харино, Стрелецкое Поле, Морсино, Копьево. Там, где сейчас нынешняя западная часть поселка Малино, рядом с Борзецовым (Березнецовым), по течению реки Городенки, находилась некогда деревня Таболова, которая к концу XVIII века оставила о себе лишь воспоминания как пустошь.
К концу XIX столетия главным "конкурентом" Жеребцовых оказались не Беляевы, а Свешниковы, когда Дубнево как бы разделилось надвое. В "Сведениях о крестьянском землепользовании..." упоминаются эти две части как два отдельных населенных пункта - Дубнево 1-е и Дубнево 2-е.
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Петрищево

#31 T.Larina » 08.10.2013, 14:29

Маленькое предисловие. Надо сказать, что информацию по Петрищево дореформенного административного деления, когда оно было в составе Хатуньской волости, искать было нелегко - трудности заключались в поиске в источниках: локализовать было непросто. Ведь село входило в царскую Хатунскую волость. И, например, в отличие от дворцовой Большеалексеевской, находящейся по тем же Писцовым книгам чётко в Коломенском уезде, Хатунская волость была практически "неуловима". Мало того, в некоторых справочниках по тем или иным причинам Серпуховский уезд отсутствовал: такое впечатление, что из книги их просто вырвали, ведь в оглавлении уезд значится! Потому информацию буду добавлять при постепенном её извлечении, но не в эту тему, а в отдельно открытую, по Петрищево - Историческая справка по д. Петрищево и Ольховка.
В Переписной книге Хатунской волости 1646 года существует такая запись:
"Хатунской волости Михайловского стану другой трети... дер. Петрищева, а в ней дворов - 7"
.
Петрищево входило в царскую Хатунскую волость. Разговор о ней, особенно о древней Хатуни, заслуживает отдельного внимания, и изучению этого региона Московского государства краеведами и историками посвящено немало работ. Хатунь - древний город, известный еще с XII в., наряду с подобными городами, впоследствии утратившими своё оборонное значение и ставшими селами, такими как Дракино и Борисов. Хатунь, находящаяся на реке Лопасня, а Хатунская волость, защищенная Лопасней и Окой, была важным рубежом в период феодальный войн и татаро-монгольского ига, фактически граница с Ордой.
Как следует из материалов Планов генерального межевания (интерпретации Экономических примечаний), деревня Петрищева шла "в комплекте" с деревнями Московского уезда, Замыцкого стана, части Хатунской волости - Агарино, Протасово, Гридково, Привалово, Дурово, Макеево - и входила в земельный участок села Ивановское,
"высочайшим указом пожаловано графу Алексею Григорьевичу Орлову - Чесменскому (небезызвестному фавориту императрицы Екатерины II - Прим.), а ныне (1768г. - Прим.) по купчей во владении генерал-поручика графа Владимира Григорьевича Орлова".
Изображение
Граф А. Г. Орлов-Чесменский, источник фотографии: http://en.academic.ru/dic.nsf/enwiki/11582794
Изображение
В "Списке населенных мест" от 1859 года деревня Петрищева закреплена по левую сторону Бронницкого проселочного тракта в Серпуховском уезде. На тот момент, по численности населения Петрищево могло сравниться только с достаточно крупным селом Чирково, если принимать во внимание конкретно окрестные населенные пункты.
По сведениям конца XIX - начала XX вв. Петрищево входило в Семеновскую волость 3-го стана Серпуховского уезда и имело земское училище, попечителем которого был купец Андриан Павлович Власов, а законоучителями при нём состоял священник Александр Николаевич Сарыевский, а учителем - Николай Николаевич Разумовский.
В 1929 г. Петрищево вошло в состав Михневского района и находилось в Новоселковском сельском совете. Позже, в 1959 г., Михневский район упразднили и включили в состав Ступинского.
Продолжение следует...
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Шугарово

#32 T.Larina » 08.10.2013, 14:37

Деревня Шугарово входила в Каневский (Коневский) стан Коломенского уезда.
По мнению Е. М. Поспелова, название деревни происходит от имени раннего владельца, некого Шугара. Первое упоминание встречается во второй половине XV в. - это упоминание о Шугаровской пустоши (см.Тонин А.Б. Ступино. Историческое прошлое "землицы" Ступинской в названиях: Топонимический словарь селений. М., 1991.).
По Писцовым книгам Московского государства 1577-1578 гг. упоминается уже деревня Шугарово в Каневском стане Коломенского уезда:
"вотчина Чудова монастыря, что на Москве: … деревня Шугарова на речке на Каширке: пашни сер. земли 30 четьи, да пер. 112 четьи в поле, а в двупотомуж сена по Каширке и по врагом 55 коп., лесу кустарю непашенного 10 дес."
Среди сел, входивших в вотчину Чудова монастыря в пределах Каневского стана Коломенского уезда, были Новоселки, Лаврентьево, Веригино, Липятино, Береледова, Чюмасова (орфография источника сохранена).
Судя по Экономическим примечаниям к Планам генерального межевания, деревня Шугарова входила в земельный комплекс сел Новоселки, Лаврентьево и, собственно, Шугарово. принадлежавшее Коллегии экономии (по состоянию на 1769 г.). Коллегия экономии, если проводить параллель с современностью, - это министерство, задачей которого является управление земельными владениями духовных лиц и учреждений и сбора с них казенных доходов.
Таким образом, логичный переход Шугарово от Чудова монастырю к Коллегии экономии продиктовано процессом секуляризации церковных земель. Следует отметить, что село это всегда было "казенное" - оно не принадлежало какому-либо дворянскому роду.
Душ в деревне в 70-х гг. XVIII в. было 81, что меньше показателей Новоселок (100) и Лаврентьево (150).
По состоянию на 1859 г. в казенной деревне Шугарово при речке Каширке проживало 189 лиц мужского пола и 207 – женского.
После административной реформы в XIX в. Шугарово входило в Липитинскую волость Серпуховского уезда. В селе была церковно-приходская школа. В волостном центре – Липитино – было само волостное правление, квартира и камера земского начальника второго участка(на тот момент; до этого квартира земского начальника находилась в с. Образцово), земская лечебница, земское училище, казенная винная лавка, 3 чайных лавки и изразцовый гончарный завод П. П. Ватутина. В соседнем же Лаврентьево было земское училище.
В 1900 г. близ Шугарово строят железнодорожный пост ("пост Шугарево", "развилка Шугарево"), находящийся от Москвы в 74 верстах, который, вместе со станцией «Михнево» относилось к Бирюлевскому отделению Московско-Камышинского Жандармского полицейского управления на Рязано-Уральской (до 1892 г. – Рязано-Козловской) железной дороге.
В Шугарово находилась церковно-приходская школа, в которой, по замечанию епархиального наблюдателя, священник П. И. Никольский
"преподает в школе , в которой было в отчетном году (1898-1899 гг. – Прим.) 95 учашихся, причем занимается обучением детей и церковному пению, организовав из учащихся хор"
(из Отчета епархиального наблюдателя). Школа, по всей видимости, относилась к соседнему Богородицерождественскому храму в с. Иван-Теремец, и священник был из того же храма (информация не установлена). В том же 1899 г. в Щугарово насчитывалось 99 дворов.
В 1918 г. образовалась Михневская волость, в состав которой вошел и Шугаровский сельсовет, однако, уже в 1923 г. был ликвидирован вместе с Кузьминским в ходе укрупнения сельсоветов.
В 1924 г. он был вновь образован, по сути, реорганизован, поскольку в его состав включили уже бывший Новоселковский сельсовет. В 1926 г. в Шугаровский сельсовет был включен Сафроновский, а затем, в 1927 г., реорганизован в Сафроновский. По состоянию на 1929 г. в Михневской волости было 23 сельсовета вместо 33-х в 1921 г., среди которых уже не было Шугаровского, а был лишь Сафроновский.
В условиях развития нового государства административные границы очень быстро менялись, подстраиваясь под новые социально-политические условия.
В 1929 году был организован совхоз «Шугарово» (сейчас – ЗАО «Шугарово») в качестве подсобного хозяйства Московского радиозавода им. Орджоникидзе.
Фотографии из архива РГАКФД - подробнее о фотографиях, о хранителе, об авторах :
Изображение
Механизированная уборка ржи комбайновым агрегатом комбайнера М.Косьяненко, выполняющего по две нормы, на полях совхоза "Шугарово" Михневского района Московской области.
Источник поступления: Фотохроника ТАСС
Дата съемки: август 1950г.


Изображение
Члены бригады В.Н.Мещерякова совхоза "Шугарово" Михневского района во время обмолота и погрузки зерна на автомобили для отправки государству с молотильного тока (панорама).
Источник поступления: Фотохроника ТАСС
Дата съемки: 1950г.


Изображение
Внутренний вид трехрядного коровника в совхозе "Шугарово".
Источник поступления: неизвестно
Дата съемки: июль 1957


Изображение
Посадка картофеля квадратно-гнездовым способом в поле совхоза "Шугарово".
Источник поступления:
Дата съемки: 1955г.


В 1957 г. Михневский район, а вместе с ним и Шугарово, вошёл в состав обновленного Ступинского района.
По состоянию на 2006 г. в селе Шугарово проживает 1560 человек.
В соответствии со статьей 2 Закона Московской области "О статусе и границах Ступинского муниципального района и вновь образованных в его составе муниципальных образований" от 28 февраля 2005 г. село Шугарово - село Новоселковского сельского округа.
Законом Московской области от 22.04.2011 N 57/2011-ОЗ "О внесении изменений в Закон Московской области "О статусе и границах Ступинского муниципального района и вновь образованных в его составе муниципальных образований" и Закон Московской области "О статусе и границах Чеховского муниципального района и вновь образованных в его составе муниципальных образований" Шугарово было отнесено к городскому поселению Жилево Ступинского района.
В селе находится местная достопримечательность - так называемое "Дерево желаний". По поверью, если привязать к нему ленточку, лоскуток или вложить записку, загадав заветное желание, оно обязательно сбудется. Когда появилось такое поверье и сбываются ли желания - неизвестно. Тем не менее, многие обращаются к этому дереву в надежде на исполнение самого заветного и сокровенного.
Неподалеку от Шугарово, в селе Иван-Теремец, находится Богородицерождественский храм, который, если можно так выразится, "славится" изгнанием бесов.
Изображение
Храм с. Иван-Теремец
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Об открытии церковно-приходской школы в с. Авдулове Ступинского района

#33 T.Larina » 08.10.2013, 14:42

Из Коломенского уезда.

18 сентября сего года, в селе Авдулове, Коломенского уезда, с разрешения высшего епархиального начальства, было совершено открытие церковно-приходской школы. Открытие началось литургией, к слушанию которой собралось немало народа Авдуловского прихода и других. Перед литургией, которая была совершена соборне: благочинным священников села Бортникова о. Успенским, местным священником-законоучителем вновь открывшейся церковно-приходской школы о. Соловьевым и священником села Верховляни о. Лебедевым, была отслужена панихида по умершем брате попечителя означенной школы Ф. И. Бушуева. В конце литургии настоятелем церкви о. Соловьевым было произнесено приличное торжеству слово, в котором, между прочим, было сказано о значении церковно-приходских школ и о том, как должны относиться родители к школе, где будут обучаться их дети.
По окончании литургии духовенство с иконами прошло в здание школы, где был совершен с водоосвящением молебен, на котором по провозглашении диаконом села Малино, Коломенского уезда, о. Нечаевым многолетия Государю, Государыне, Наследнику, Всему Царствующему Дому и высшему епархиальному начальству, было провозглашено оное и попечителю школы, местному прихожанину Федору Ивановичу Бушуеву и его брату Вуколу Ивановичу.
По окончании молебствия священником села Верховляни было сказано об отличии церковно-приходских школ от других, а благочинным о. Успенским и учителем вновь открывшейся школы были сказаны речи попечителю и приветственные слова детям. Вновь открывшаяся церковно-приходская школа со всеми ея классными принадлежностями была построена на средства ея попечителя Ф. И. Бушуева, на средства которого приобретены, за исключением немногих, и все учебныя принадлежности. Означенная школа представляет собой вполне удобное помещение для учеников; школа просторная, так что может поместить в себе более 100 учеников, и притом светлая и теплая. По истечении 8 дней после открытия школы изъявивших желание учиться в ней детей было уже 70 человек.
Н. Б-ъ
"Московские церковные ведомости", 1888 год, № 44 от 30 октября.
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

  • 1

#34 S.now » 08.10.2013, 20:50

Об ушедшей под землю церкви- в нашем Беспятове ходила такая легенда, что якобы была и у нас церковь, но постепенно ушла под землю. Когда мне было лет 10-12, 90-летний дед Никита утверждал, что помнит торчащий из земли крест, потом исчез и он. А место то на деревенском "жаргоне" по сей день называется Крестово...
На вкус и на цвет- все фломастеры разные!
S.now M
Участник акции "Чтобы помнили"
Участник акции "Чтобы помнили"
Аватара
Возраст: 50
Откуда: Москва СВАО, МО Ступинский Беспятово
Репутация: 55
Лояльность: 47
Зарегистрирован: 07.10.2013
С нами: 4 года 2 месяца

  • 1

#35 T.Larina » 09.10.2013, 23:28

S.now, хм, надо будет посмотреть, что же за церковь там была... И была ли :) .
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

#36 Businka » 13.10.2013, 22:21

интересная тема. а про киясово и жилево ничего не известно?
Businka F
Проверенный
Проверенный
Аватара
Возраст: 38
Откуда: жилево, киясово ступинского района московской области
Репутация: 18
Лояльность: 19
Зарегистрирован: 13.10.2013
С нами: 4 года 2 месяца

  • 1

Щербинино

#37 T.Larina » 26.10.2013, 15:44

Деревня Щербинино находится на северо-востоке Ступинского района, в Леонтьевском сельском поселении.
Первое упоминание о Щербинино можно отнести к 1577-1578 гг. в Писцовых книгах Московского государства:
«За Федором Васильевичем Шереметевым старая их вотчина:
с. Чиркино, на речке на Городенке, а в ней церковь Покров Пресвятой Богородицы, каменна, да предел Василий Кисарийский, да другой предел Василия Критского, да третий Никола Чудотворец, почет делать, а не свершен, камен. …
Дер. Ивантеева...
Дер. Щербинина, на речке на Большой Городенке: пашни сер. земли 50 четьи, да пер. 62 четьи в поле, а в дву потомуж, сена по Большой Голоденке вотченникова и крестьянского 300 коп., лесу рощи 5 дес., да кустарю по рчк. и по врагом полтретьи дес.»
Таким образом, по формулировке «старая их вотчина», включающая как Чиркино, так и Щербинино, можно сделать вывод о том, что Щербинино существовало задолго до его «первого упоминания», дошедшего до наших дней в письменных источниках.
Изображение
Благодаря имени Шереметевых, чьей родовой вотчиной были села Чиркино и Щербинино, эти места достаточно примечательны с исторической точки зрения.
Здесь, в Чиркино, находится один из старейших каменных храмов Подмосковья, возведенный уже каменным строением в XVI в., в то время как большинство остальных церквей региона упоминались в Писцовых книгах как «древяна», и только позже перестраивались как каменные. В Чиркине же находится склеп Шереметевых. По сей день потомки этого древнего боярского рода интересуются судьбой своей «старой вотчины», и в 2002 года потомок Шереметевых приезжал сюда из Калифорнии.
Чиркино иконостас Иванчин-Писарев.jpg
Иконостас церкви во имя святого Василия, литография из книги Н. Иванчина-Писарева, 1844 г.

Чиркино храм Иванчин-Писарев.jpg
Подколокольный Васильевский храм в селе Чиркино, литография из книги Н. Иванчина-Писарева, 1844 г.

Чиркино врата Иванчин-Писарев.jpg
Царские врата Покровской церкви в селе Чиркино, литография из книги Н. Иванчина-Писарева, 1844 г.

Род Шереметевых был одним из самых знатных в России и был вхож в царскую семью.
Достоверно известно, что в усадьбе Шереметевых в соседнем селе Мещерино некогда гостила сама императрица Екатерина II.
А вот Н. Иванчин-Писарев приводит в пример любопытное предание, утвердившееся в селе Чиркине,
«что царь Борис (Годунов — Прим. T.Larina) укрывался в нем от моровой язвы и бунта. Нельзя основаться на этом предании, как на исторической истине, ибо нет о том письменных фактов; но, думаю, Годунов мог провести несколько дней между Москвы и Коломны, в этой отчине Петра Никитича Шереметева, во время злейшего свирепства язвы, которая губила людей более в городах; а по дальновидности своей он мог бояться и могущих в них возникнуть бунтов, иногда спутников или последователей такого бедствия. Мы не имеем дневника его царствования, а между тем знаем по воздвигнутым в его время городам, городкам, обителям и храмам, что он часто выезжал из столицы».
В экономических примечаниях к Планам генерального межевания, содержащих информацию о земельных наделах, количестве душ по селениям, владельцах и лицам, производящим межевание, Щербинино входило во владения Шереметевых, а именно тайного советника графа Николая Петровича Шереметева, в земельный участок села Мещерино («Мещериново» - в оригинальной орфографии), вместе с Боброво, Чиркино и Орехово, и население деревни составляло 98 душ.
В середине XIX в. в Щербинино проживало 186 душ мужского пола, 177 душ женского, а само село было во владении графа Дмитрия Николаевича Шереметева, сына Николая Петровича.
В 1844 г. Н. Иванчин-Писарев описывает село Чиркино как свидетель, таким, каким оно было в то время, а также использует свидетельства старожилов и очевидцев:
«Храмы стоят на горах; но издали ни с какой стороны нельзя их видеть, заслоненных горами еще возвышеннийшими, которыми окружено село. На одном из них еще видна вековая дубрава. Все эти места, столь угрюмо живописные, но рассказам старожилов, были обставлены непроходимыми лесами, их остатки истребляются ежедневно. На усадьбе села приметны следы садов и даже боярского дома. На речке Реуте была выстроена плотина из белого камня, извлекаемого и поныне из здешнего грунта. Местами приметно, что здесь присутствует и мрамор».
Чиркино ПГМ.jpg
Чиркино ПГМ.jpg (16.75 КБ) Просмотров: 2843

В соседнем Чиркино была церковно-приходская школа, открытая 20 октября 1887 г. в здании, построенном тщанием попечителей купцов Тимофея Ивановича, Леонтия Ивановича и Василия Ивановича Каштановых.
В учебном 1889-1890 г. епархиальный наблюдатель, производящий инспекцию земских, церковно-приходских школ и школ грамоты Московской губернии отметил школу в Чиркино как одну из
«лучших и более выдающихся в воспитательном и учебном отношении»
школ.
В 1894 г. население Щербинино распределялось таким образом: 177 было душ мужского пола и 128 женского. В селе имело место овчинное производство и была лавка мелкой торговли.
image002.jpg
Покровская и Васильевская церкви. Вид с запада. 1976-1977. Источник: Кавельмахер В.В. Памятник архитектуры первой четверти XVI века – Покровская церковь в селе Чиркино.
http://www.kawelmacher.ru/science_kavelmakher35.htm

image001.jpg
Село Чиркино с Покровской и Васильевской церквями. Общий вид. 1976-1977. Вид с запада. Источник: Кавельмахер В.В. Памятник архитектуры первой четверти XVI века – Покровская церковь в селе Чиркино.
http://www.kawelmacher.ru/science_kavelmakher35.htm

В период с 1917 по 1929 г. Щербинино было центром сельского совета в Мещеринской волости Коломенского уезда, а с 1929 по 1957 г. оно относилось к Малинскому району.
В 1938 году некоторые жители Щербинино и Чиркино постарадали за свою "контрреволюционную деятельность и распространение антисоветской клеветы". Известно групповое дело "Д. 23056. С. Чиркино Малинского р-на Московской обл. 1938 г.", по которому были казнены на Бутовском полигоне члены церковного совета Покровской церкви в с. Чиркино Анна Корнеева, Домна Котова, староста Наталья Фигурина и протоиерей Иоанн Покровский (уроженец с. Аксиньино).
В справке об аресте Иоанна Покровского было сказано следующее о его жизни и деятельности в Чиркино:
"Его дом в селе Чиркино посещают бродячие церковники не только Малинского района, но и Коломенского, Озерского и других. В результате в колхоз занесли заразную болезнь на лошадей и свиней, а также три лошади недавно из конюшни были украдены. Поп в разговорах среди колхозников по этому вопросу говорит, что это Божье наказание, нужно ходить всем в церковь и молиться Богу".
В 2001 г. он был причислен к лику святых новомучеников.
В 1957 г. Щербининский сельсовет вошел в состав укрупненного Ступинского района. Затем Щербинино входило в Алфимовский сельский округ, пока в 2005 г. он не был преобразован в состав Леонтьевского сельского поселения.
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

  • 1

Памятник архитектуры первой четверти XVI века – Покровская церковь в селе Чиркино

#38 T.Larina » 26.10.2013, 16:27

Источник: Кавельмахер В.В. Памятник архитектуры первой четверти XVI века – Покровская церковь в селе Чиркино. Все права сохранены.
Скомпоновано С.В. Заграевским из рукописей В.В. Кавельмахера под общим названием: Памятник архитектуры XVI–XIX вв. – Покровская церковь в с. Чиркино Ступинского района Московской области. Предварительные работы и проектные предложения. Главмособлстрой при Мособлисполкоме. Трест «Мособлстройреставрация». 1980–1981 гг. Все права сохранены.
Компоновка, научное и литературное редактирование рукописей, сканирование, форматирование и размещение электронной версии материала в открытом доступе произведено С.В. Заграевским в 2010 г. Все права сохранены.
Иллюстрации приведены в конце текста.
Сайт: http://www.kawelmacher.ru/science_kavelmakher35.htm

ВСТУПЛЕНИЕ


Село Чиркино и его памятники стали известны науке раньше многих других мест дальнего Подмосковья. Чиркино, родовая вотчина бояр Шереметевых, чья государственная, военная, хозяйственная, а позднее культурная деятельность в течение длительного периода привлекала к себе общественное внимание, с начала XIX в. прочно входит в сферу интересов отечественной исторической науки.
В 1843 г. Н.И. Иванчин-Писарев в своей книге «Прогулка по древнему Коломенскому уезду»1 посвятил Чиркину пространный очерк, сопроводив его тремя иллюстрированными рисунками. Однако преувеличенно-восторженная оценка чиркинских древностей, сделанная Н.И. Иванчиным-Писаревым, носила дилетантский характер (например, он отнес церковь Василия Кесарийского ко времени Бориса Годунова) и в литературе не удержалась2.
Новая оценка памятников Чиркина была сделана в 80-е гг. XIX в. академиком Н.В. Султановым. В 1883 г. он делает сообщение о памятниках Чиркина в Собрании Санкт-Петербургского общества архитекторов, выходит его архитектурно-археологический очерк «Памятники древнего зодчества в Коломенском и Броннинском уездах Московской губернии»3. В 1888 г. он производит в Чиркине реставрационные работы и археологические разведки подколоколенной церкви Василия Кесарийского.
В отличие от Иванчина, Султанов увидел в чиркинских церквях – Покровской и Васильевской – заурядный церковный ансамбль в стиле провинциального «нарышкинского барокко». Установившаяся в результате работ Султанова сдержанная оценка архитектурных памятников Чиркина продержалась до самого последнего времени.
Переоценка Чиркинских древностей происходила в обстановке повышенного интереса к древней вотчине Шереметевых. Последнему немало способствовало то обстоятельство, что Шереметевы, в отличие от других боярских родов, сохранили свой древний архив. Драгоценную часть этого архива составляли материалы, непосредственно касающиеся родовой шереметевской вотчины.
С 1881 г. начинает выходить многотомное монографическое исследование историка А.П. Барсукова «Род Шереметевых», содержащее пространные сведения о Чиркине и его владельцах4.
Незадолго до этого, в 1872 г., Н.В. Калачевым были изданы писцовые книги Московского государства XVI столетия5, из которых явствовало, что в 1578 г. Покровская церковь в Чиркине уже была каменной.
На рубеже двух веков популяризацией Чиркина и его памятников занимался последний крупный представитель рода граф С.Д. Шереметев – известный культурный деятель предреволюционного времени, председатель различных Комитетов и Обществ. В 1899 г. им была опубликована отдельная брошюра «Чиркино»6 и выпускались фотооткрытки с изображением чиркинских церквей и иконостасов.
В первые годы XX в. в связи с проводившимися в чиркинских церквях капитальными ремонтными работами к Чиркину обращалось внимание Московского археологического общества7 и Императорской археологической комиссии8. В 1906 г. о нем пишет М.В. Красовский9.
Наиболее содержательным трудом из числа дореволюционных работ о Чиркине стал исторический очерк А.П. Барсукова «Село Чиркино», написанный им в 1908 г. после завершения монографии «Род Шереметевых» и так и не увидевший света10. В своем очерке А.П. Барсуков, опираясь на обширный документальный материал (впервые привлекаемый им в этой работе), восстановил владельческую и строительную историю памятников, раскрыл символику посвящения четырех чиркинских престолов, установил имена ктиторов и уточнил датировки.
Не будучи специалистом в области архитектуры и археологии, А.П. Барсуков не пытался связать свои выводы с данными натуры, ограничиваясь в этом отношении ни на что не претендующими предположениями, однако благодаря логической организации материала в центре внимания у Барсукова оказалась Покровская церковь, почти совершенно выпадавшая из изложения у других авторов.
Но то, что одна из чиркинских церквей – Покровская – несет в себе остатки более древнего сооружения, стало ясно только в последние годы. На памятник с этой точки зрения одновременно обратили внимание архитекторы-реставраторы треста «Мособлстройреставрация» и ВПНРК.
Первооткрывателем древнего чиркинского памятника стал коллектив авторов каталога «Памятники архитектуры Московской области»11 (подготовлен сотрудниками ВПНРК, руководитель Б.Л. Альтшуллер). В этом труде Покровская церковь охарактеризована как «бесстолпный трехапсидный храм первой половины XVI в., перестроенный в конце XVII в., в стиле московского барокко», причем особо отмечено, что архитектурное убранство уцелевшей древней части фасадов тождественно церкви Рождества Христова в Юркине. Указанная характеристика памятника повторена в статье Е.Н. Подъяпольской, посвященной вновь открытым памятникам архитектуры Московской области, выявленным в процессе работы сотрудников ВПНРК над каталогом12.
К сожалению, авторы каталога не имели возможности обследовать памятники Чиркина в натуре. Последнее лишило ценности некоторые из сделанных ими утверждений и способствовало появлению в аннотации к памятнику ряда фактических неточностей.
Натурное обследование Покровской церкви было впервые произведено нами летом 1976 г. (исследования были продолжены в 1980 г.)13. Полученные данные легли в основу настоящей работы.

АРХИТЕКТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПОКРОВСКОЙ ЦЕРКВИ


Древняя Покровская церковь села Чиркино бывшего Коломенского уезда расположена на высоком гористом берегу речки Сухой Городенки (ныне – Сухоньки), в начале горного склона. На запад – северо-запад от церкви лежит село Чиркино, непосредственно от алтарей церкви начинается горный скат к небольшой речной долине. Местность вблизи церкви всхолмлена остатками кладбища и руинами придельных церквей. На юго-запад от Покровской церкви стоит ярусная подколокольная церковь Василия Кесарийского рубежа XVII–XVIII вв. на крестчатом основании.
В своем сегодняшнем виде Покровская церковь представляет собой бесстолпный храм с внутренними сторонами 7,52х7,55м, увенчанный восьмериком с глухим барабаном и главой и тремя далеко выступающими апсидами. Восьмерик, глава и верхняя часть четверика относятся к концу XVII в., нижние 2/3 четверика и апсиды принадлежат остаткам древней постройки.
Древняя часть Покровской церкви сложена из кирпича 25х12–13х6,5–7 см на крепком известковом растворе. Толщина стен 108 см. Храм построен без применения белого камня. Стены церкви, начиная с подошвы и до линии разборки, выложены с забуткой из натурального кремня. Из блоков кремня полубутовой обработки выложены и фундаменты храма. Осадочные связи применены только в верхних ярусах здания.
Древнее ядро Покровской церкви по всему периметру сохранило изначальную обработку фасадов. Фасады четверика расчленены высокими лопатками и обработаны арочными впадинами. Цоколь крепованный. Ширина лопатки с примыкающими креповками равна толщине стены храма, т.е. 108 см. Ритм фасадных членений мерный, успокоенный. Ширина центральных прясел лишь на 20–25 см превышает ширину боковых членений.
Далеко выступающие апсиды Покровской церкви в местах сочленения с четвериком обработаны так называемыми фланкирующими плоскостями.
Четверик древней Покровской церкви завершается трехчастным антаблементом, сохранившимся почти на всю свою высоту, – утрачены только 1–2 верхних ряда. Нижние членения антаблемента – три ряда, соответствующие «архитраву», и два ряда «фризовой» части, – переходят на апсиды. Выше антаблемента идет кладка XVII в.
Храм имел три плоскостных портала фряжского типа, в настоящее время почти полностью растесанных, и редкую систему окон: два на южном фасаде и одно – на западном. Северный фасад ниже храмового карниза окон не имел. В апсидах церкви было по одному окну в каждом из полукружий. Окна жертвенника и дьяконника были растесаны еще в XIX в., большое окно центральной апсиды погибло при обрушении свода.
Архитектурный декор Покровской церкви выполнен частью из простого, частью из профилированного кирпича. Почти все членения последнего набраны таким кирпичом – напуском или отступом. Встречается профилированный кирпич трех типов: тонкий валик, мелкая плоская выкружка и вал на ребро.
Стены четверика Покровской церкви хранят следы разновременной обстройки.
Близ северо-западного угла видны остатки маленького придельного храмика прямоугольной конфигурации без алтарных полукружий. Храмик был приложен к западному пряслу северного фасада: сохранилась врубленная в стену Покровской церкви пята с началом коробового свода из большемерного кирпича. В пазухе пяты заложена кованая внутристенная связь, позднее обломленная.
Этот придел Покровской церкви существовал до 50-х гг. XX в. Судя по сохранившимся фотографиям, придел был одноглавым, его стены были обработаны лопатками и увенчивались трехчастным антаблементом того же типа, что антаблемент основного храма, но значительно более грубого исполнения.
В последний период существования здания придел был покрыт уродливой вальмовой кровлей, не дающей судить о характере его завершения. Штраба от этой кровли пересекает оба яруса четверика Покровской церкви – древний и новый.
Точно такая же штраба от кровли имеется в аналогичном месте южного фасада. Это след от стоявшего здесь в древности юго-западного придела. Придел этот, симметричный первому, был в 1832 году заменен новым, более пространным.
Сейчас руины нового юго-западного придела простираются вдоль всего южного фасада Покровской церкви.
На западном фасаде четверика хорошо видна выдра треугольной формы – след от кровли бывшей здесь когда-то каменной паперти. Паперть соединяла между собой оба далеко выступающие на запад церковного придела.
Судя по натурным следам и сохранившимся фотографиям, юго-западный придел и паперть были перестроены одновременно в 1832 г. и обращены в одно помещение. При этой перестройке южная и западная древние стены сильно пострадали: в это время погибли порталы, были срублены лопатки и заложены окна.
Наличие вокруг Покровской церкви древней обстройки объясняет редкую сохранность нижних частей первоначального памятника, подвергшегося в верхних ярусах решительной переработке. По-видимому, в момент реконструкции здания в конце XVII в. древний четверик был закрыт со стороны села папертью и придельными церквями. По нашему предположению, одновременно с верхом барочной переработке могли быть также подвергнуты западная паперть и юго-западный придельный храм, считавшийся одно время особой церковью. Но как раз эти сооружения до нас не дошли.
Архитектоническая структура фасадов древней Покровской церкви, характер их декоративного убранства, арочные впадины фасадных прясел, фланкирующие плоскости апсид, профилировка цоколя и антаблемента, конструкция окон и т.д. – подтверждают стилистическую характеристику древней части памятника, данную в вышеупомянутом каталоге «Памятники архитектуры Московской области». Покровская церковь действительно принадлежит тому же кругу памятников, что и названная в аннотации церковь Рождества Христова в селе Юркино.
Обратимся к интерьеру храма. Близкая к идеальному квадрату структура четверика Покровской церкви и, в особенности, сходство ее фасадной декорации с декорацией Христорождественской церкви в Юркине заставила первых последователей памятника предположить, что Покровская церковь, подобно церкви в Юркине, была перекрыта крещатым сводом. Это предположение не подтвердилось. Уже сами размеры перекрываемого пространства (четверик Покровской церкви в интерьере на 2 м шире юркинского), а также совершенно иной по выражению характер ее фасадной тектоники (Покровская церковь имеет приниженные приземистые пропорции, она как бы «распластана») подсказывает совершенно иной образ здания и иной тип завершения конструкции. Исследования стен четверика со стороны интерьера позволили получить неоспоримые доказательства, что Покровская церковь до ее перестройки принадлежала к зданиям крестовокупольного типа.
Основания столбов внутри четверика не сохранились, т.к. в 1901 г. под полом Покровской церкви был устроен глубокий калориферный подвал со сводами, и при рытье котлована фундаменты столбов были срыты.
На всех четырех стенах четверика, включая восточную, на отметке приблизительно 3,8 м от уровня пола (за отметку древнего пола мы, до проведения полного исследования памятника, принимаем уровень обреза стены в южной портальной нише плюс 10 см – условная высота выстилки древнего пола) сохранились срубленные заподлицо со стеной пяты восьми подпружных арок. Ширина пяты около 81 см, расстояние между двумя соседними пятами – 270 см. Под пятами подпружных арок нами расчищены гнезда небольших брусков, державших арочные кружала.
Выше арочных пят идут нижние следы когда-то лежавших на арках срубленных стенок, забученных половняком и небольшими валунами кремня. С противоположной стороны между выходами подпружных арок и углами четверика ясно читаются остатки стесанных тромпов, выложенных тычками напуском. Следы тромпов имеют дугообразные очертания, в углах четверика они сходятся в виде острых стрелок. В вершине дуги след тромпа прерывается. Начиная с этого момента и выше – до границ разборки древней стены – углы четверика протесаны в сплошной цилиндрической кладке существовавших здесь когда-то барабанов. В юго-западном и юго-восточном углах сохранились фрагменты внутренней обмазки барабанов в виде беленых вертикальных полос.
Непосредственно за облицовкой лежавших на подпружных арках стенок проходили скрытые осадочные связи редкого вертикального сечения – 30х12 см. Эти связи должны были погашать распор стоявших по углам четверика барабанов. Следующий пояс проемных связей (необходимый для погашения распора от центрального барабана) лежал, судя по всему, выше линии разборки и не сохранился.
Таким образом, четверик древней части Покровской церкви был перекрыт крестовокупольной конструкцией на четырех столбах, связанных со стенами 8-ю подпружными арками.
Местоположение столбов фиксируется с абсолютной точностью: они делили идеальный квадрат четверика на 9 компартиментов, из которых 4 угловых представляли, в свою очередь, также правильные квадраты со стороной 1,6х1,6 м, а центральный подкупольный квадрат имел размеры 2,7х2,7 м. Эти пять – крестом по диагонали – расположенных компартиментов несли 5 церковных барабанов, а расположенные по странам света 4 компартимента составляли рукава креста и были перекрыты коробовыми сводами, возможно, ступенчатой конструкции. Столбы Покровской церкви имели сечение 81х81 см.
Между восточной парой столбов проходила невысокая алтарная преграда. Следы алтарной преграды на обеих стенах показывают, что она отступила от западных граней восточных столбов. В южной и северной стенах видны изначально выложенные гнезда однотяблового иконостаса.
Таким образом, до перестройки в конце XVII в. Покровская церковь в Чиркине была пятиглавым храмом крестовокупольного типа.
Однако первоначальный чиркинский храм не может быть определен как обычный четырехстолпный, т.к. вместо алтарных пилонов позади восточной пары столбов проходит капитальная восточная стена четверика с 3-мя традиционными проходами, соответствующими царской арке, северному и южному входам в алтарь. Такая стена встречается только в бесстолпных храмах и является, до известной степени, знаком бесстолпной конструкции основного перекрытия.
При наличии четырехстолпной структуры четверика очевидной аномалией также являются далеко выступающие апсиды с фланирующими пилонами. Для раннего периода нашей архитектуры такие апсиды вообще не характерны: в древнерусском четырехстолпном храме алтари занимают восточные компартименты, окончательную же форму алтарей им придают небольшие наружные полукружия. Поэтому далеко выступающие апсиды также могут смело рассматриваться как атрибут бесстолпного храма.
При этом структуру Покровской церкви нельзя называть шестистолпной, т.к. центральный трансепт храма проходит не перед восточными пилонами (в этой роли выступает восточная стена с царской аркой), а между первой и второй парой столбов (где в уничтоженной в XVII в. алтарной преграде находилась вторая царская арка).
Остается противоречивой также и центральная организация храмового пространства в пределах четверика. Традиционно подобная схема требует повышенного подкупольного квадрата и пониженных со стороны фасада закрестий. Однако единый храмовый антаблемент позволяет считать этот вариант для данного памятника полностью исключенным.
Таким образом, с точки зрения типологии древнерусских сооружений Покровская церковь представляет собою разноречивый конгломерат архитектурных объемов и форм. В ней соединены воедино апсиды бесстолпного храма с четвериком крестовокупольной конструкции, в котором нарушено почти обязательное для ранних храмов крестовокупольного типа без повышенного подкупольного квадрата условие – трансепт и восточная пара столбов не сдвинуты к востоку.
Представляет интерес и разбивка в плане алтарных полукружий Покровской церкви: при геометрически выверенном основании четверика они поражают мягким, как бы текучим рисунком внутренних делений. Искривление в плане алтарных полукружий – не ошибка и не неумение, а результат рационалистического мышления древнего зодчего. Подобно современным дизайнерам, древний строитель добивался необходимого для богослужебного действа функционального пространства.
Правое предалтарное полукружие – дьяконник – до реконструкции храма в конце XVII в. было отделено от алтаря тонкой глухой стеной. Последнее означает, что в нем изначально находился придел. В полукружии дьяконника, как и в полукружии центральной апсиды, ниже окна устроено горнее место.

СТРОИТЕЛЬНАЯ ТЕХНИКА И ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ ХРАМА


Покровская церковь села Чиркино состоит из основного храма типа «восьмерик на четверике» с трехчастными алтарными полукружиями, северного придела Петра и Павла (на месте придела Андрея Критского), южного придела Николая Чудотворца и западной паперти. Приделы Петра и Павла, Николая Чудотворца и западная паперть в настоящее время представляют собой руины.
Верхний обрез фундаментов Покровской церкви можно видеть изнутри четверика: в нач. XX в. под храмом был устроен отопительный подвал, который позднее завалился. В результате обвала открылась кладка древнего фундамента.
Фундамент Покровской церкви сложен в технике полубутовой кладки из блоков кремния на известковом растворе. Под северной, южной и западной стенами фундамент находится в твердости. В центре северной стены фундамент пробит входом в подклет. Характер фундамента под восточной стеной четверика неизвестен, т.к. восточная часть храма засыпана строительным мусором. В центре восточной стены проходит вертикальная трещина. Причиной этой единственной трещины в четвериковой части храма может быть ослабление фундаментов вследствие удаления из четверика грунта при устройстве в храме отопления.
Глубина заложения фундаментов не исследовалась. Фундамент под западной стеной лежит с наклоном – от северо-западного угла храма к юго-западному. Последнее, по-видимому, связано с рельефом местности.
Уширение фундамента по сравнению со стеной в интерьере – незначительное, не более 10–15 см.
Стены древней части Покровской церкви сложены из кирпича 25х12–13х6,5–7 см, в относящихся к концу XVII в. верхних ярусах – из кирпича 28х14х8 см на известковом растворе. Толщина стен четверика и апсид – 108 см. Верхние ярусы стен не исследовались. Стенная кладка древней части забучена натуральными валунами кремния. Местами забутка сплошная, местами перемежается кирпичной кладкой. Забутка от кремнезема встречается от подошвы стены до линии разборки (т.е. вплоть до пазух древних сводов).
В древней части храма пазы от дубовых осадочных связей встречены только в уровне антаблемента, т.е. храм был выстроен с минимальным применением осадочных связей. Сечение связей необычно: 30х12 см. Стены верхних ярусов здания XVII в. в изобилии скреплены коваными железными проемными и внутристенными связями.
Западная, северная и южная древние стены четверика по центру фасадов растесаны высокими проходами. Тем не менее, состояние этих стен удовлетворительное, трещин нет.
Восточная стена четверика с тремя изначальными проходами в алтарь треснула в центре над аркой. Трещина проходит как по древней, так и по новой кладке (предполагаемая причина указана выше при описании фундаментов). Часть свода арочного проема обвалилась. Сквозь стены древнего четверика в XIX в. пропущены железные анкеры для крепления потолочных балок пристроек. По стенам в разных местах пробиты калориферные ходы.
Древние алтарные апсиды Покровской церкви находятся в полуразрушенном состоянии. Своды полностью упали, стены в верхних частях разобраны. В алтарных полукружиях видны старые вертикальные трещины. Основная проходит посередине центральной апсиды и еще в давние времена пробрана кирпичом. Вторая, угасшая трещина заметна в месте стыка северного алтарного полукружия с четвериком.
Перемычки центрального и северного алтарных окон разрушены. Два малых алтарных окна – северное и южное – до катастрофы были растесаны. Центральное не растесывалось – видимо, из-за наличия трещины.
Между центральной апсидой и дьяконником в древности была дополнительная стена в один кирпич. Она была растесана в конце XVII в. В настоящее время стена рухнула.
Арочный проем между центральной и северной апсидами тоже рухнул.
Причина падения сводов алтарных полукружий Покровской церкви – длительное отсутствие кровель.
Своды древних алтарей Покровской церкви упали и лежат внутри стен. Своды новых частей храма – восьмерика и угловых тромпов – находятся в сохранности. Толщина сводов апсид XVI в. была в кирпич. Причина падения сводов – длительное отсутствие кровель и размораживание кладки.
Тектонические членения фасадов древней части Покровской церкви (цоколь, карнизы, лопатки, креповка стен) находятся в полуразрушенном состоянии.
Цоколь почти полностью уничтожен: в местах завалов встречаются только его незначительные фрагменты.
Лопатки и стенные креповки (в местах арочных впадин) срублены на двух фасадах – западном и южном заподлицо со стеной.
Карниз алтарной части утрачен, карниз четверика сохранен при реконструкции конца XVII в. (без двух верхних рядов), имеет многочисленные утраты, испорчен балочными гнездами, выдрами, протесками. Карнизы верхних ярусов полуразрушены и покрыты растительностью.
Стенная облицовка обезображена калориферными ходами внутри и снаружи. Западное прясло северного фасада прорублено пятой свода придела. Верхние ярусы здания хранят выдры от кровель 2-х периодов существования памятника.
Три портала Покровской церкви полностью растесаны. Сохранились ничтожные фрагменты стесанных архивольтов с капителями-импостами на южном фасаде и крохотный фрагмент на северном. Западный портал уничтожен полностью.
Южная портальная ниша сохранилась фрагментарно. Благодаря поднятию пола храма в XIX в., сохранились пазы для щеколды. Состояние северного портала значительно хуже южного.
Четверик Покровской церкви сохранил три своих древних окна. Решетки утрачены, четверти и перемычки полуразрушены. Два малых алтарных окна были растесаны еще до разрушения. Центральное алтарное окно в XIX в. не растесывалось (по-видимому, из-за существующей здесь вертикальной трещины). Разрушение этого окна произошло уже в наше время. Сейчас от него сохранился левый откос (наружный и внутренний) и начало арочной перемычки.
Окна восьмерика Покровской церкви утратили свои решетки. Восьмигранные окна верхнего яруса четверика частично растесаны, частично сохранились. Прямые прутовые решетки сохранились в восьмигранных окнах южного и западного фасадов.
Кровли апсид и четверика Покровской церкви утрачены полностью. Кровля восьмериковой части, выполненная по дугообразным стропилам, утратила кровельное покрытие, обрешетка сгнила. Стропила сгнили и обвалились. Ажурная глава не существует, крест лежит на сводах.
Своды Покровской церкви покрыты растительностью и интенсивно размораживаются.
Древние полы четверика Покровской церкви утрачены полностью. Они были уничтожены при устройстве подвала под калориферную печь.
Полы алтарей не исследовались по причине существующих здесь обширных завалов.
В начале XX в. Покровская церковь была превращена в теплую посредством устройства в подвале под четвериком калориферной печи. В настоящее время под порогом северного портала видна арка прохода в подвал. По всей видимости, снаружи перед северным порталом был приямок. По свидетельству жителей Чиркина, печная труба находилась с северной стороны храма. Сейчас следы ее отсутствуют.
Побелка Покровской церкви – древней и новых частей – полностью утрачена. Сохранилась фрагментами штукатурка, которой покрывались стены древней части храма в местах примыкания Никольского придела и паперти.
В интерьере четверика сохранилась штукатурка с росписью конца XIX в. (предположительно).

Приделы И ПАПЕРТЬ Покровской церкви14


Придел Петра и Павла (ранее – Андрея Критского, о его истории и датировке см. ниже) был разобран в 50-х гг. нашего столетия. Это был небольшой безапсидный одноглавый храм, пристроенный к северо-западному углу Покровской церкви.
Сохранилась пята коробового свода, врубленная в западное прясло северной стены Покровской церкви. В пазухе пяты заложена древняя кованая связь. Стены придела частично сохранились.
Лучше всего сохранился южный фрагмент стены с единственным придельным порталом. Стена приложена вприкладку к северо-западной лопатке Покровской церкви.
Небольшими шурфами выявлены нижние ряды стенной кладки вдоль западного фасада. Обнаружен прямой гладкий белокаменный цоколь.
Находящиеся под дерном завалы на месте придела не исследовались. Из завалов торчат древние кованые связи. Судя по высоте завалов, в них можно обнаружить остатки барабана и свода.
Южный придел Николая Чудотворца построен в 1832 г. на месте древнего придела того же наименования (о его датировке см. ниже). При перестройке древний придел был «распространен» на юг и на восток. Новый придел выстроен послойно из кирпича от разборки древнего придела и нового кирпича начала XIX в.: ряд из древнего кирпича размером 25х11х5–5,2 см сменяется рядом из кирпича 23х13х7,5 см.
Новый придел Николая Чудотворца был выстроен без сводов с балочным перекрытием, имел одну небольшую главу над алтарем и одну апсиду. Верхи придела утрачены полностью. Стены сохранились не более чем на четверть своей высоты. Гладкий белокаменный цоколь выбран местными жителями, после выборки стены треснули и осели. Отдельные простенки наклонились. Внутри храма завалы. От окон сохранились незначительные фрагменты.
Древний придел Николая Чудотворца вскрыт шурфами. Он стоял симметрично северному приделу и также имел прямоугольную конфигурацию без алтарного полукружия. Толщина стен древнего придела – 92–96 см. Размеры Никольского придела превышали размеры северного придела. Конструкция сводов неизвестна.
Западная паперть Покровской церкви впервые построена в камне в конце XVII в. в процессе реконструкции Чиркинского ансамбля (об этой реконструкции см. ниже). Несмотря на то, что сведений об ее архитектуре не имеется (сейчас от нее остались одни фундаменты с фрагментами цоколя), можно предполагать, что она стилистически была близка верхам Покровского храма, т.е. была выстроена в стиле «нарышкинского барокко». В забутке цокольной части стен Никольского придела встречаются полихромные раскрашенные «бородачи» и валы, которые могут быть отнесены только к этой паперти.
Паперть погибла, по всей видимости, в 1832 г. при перестройке Никольского придела, с которым она была в этом году объединена в одно помещение. Однако ее фундамент не разбирался. Древняя паперть, была, вероятнее всего, без сводов, с балочным перекрытием, однако до специальных исследований это нельзя сказать наверняка. К стенам Покровской церкви вполне могли быть приложены приставные колонны, разбросанные при реконструкции 30-х гг. XIX в. В этом случае паперть могла быть сводчатой.
На западном фасаде Покровской церкви сохранились треугольная выдра – след первоначальной кровли западной паперти.
В древности на месте каменной паперти могла существовать деревянная.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА О РОДЕ ШЕРЕМЕТЕВЫХ

И СЕЛЕ ЧИРКИНО


Село Чиркино древнего Коломенского уезда – родовая вотчина бояр Шереметевых.
Шереметевы вели свое происхождение от Андрея Кобылы, служившего Московскому князю еще в 1347 году. Родовая фамилия Шереметевых была – Кобылины. Кобылиными были и сродники Шереметевых – Романовы, занимавшие в течение 300 лет русский престол.
Новая фамилия одной из ветвей Кобылиных – Шереметевы – образовалась от прозвища правнука Кобылы – Андрея Константиновича, носившего фамилию Беззубцев (по прозвищу своего деда), но имевшего при этом личное прозвище – Шеремет. В жизни древнерусских людей личные прозвища играли какую-то очень важную роль, настоящий смысл которой мы еще недостаточно понимаем. Они не считались ни обидными, ни смешными. Прозвища носили преимущественно знатные люди.
Отец Андрея Шеремета Константин Александрович Беззубцев – первый известный нам владелец села Чиркина. И Константин Александрович, и его многочисленные потомки служили Московским великим князьям, а потом царям, в качестве воевод – в походах, наместников – в городах и провинциях, послов – при посольствах в соседних государствах и т.д. На протяжении почти 600 лет это была высшая московская знать.
У Андрея Шеремета было три сына: Иван, Василий и Борис. Сохранилось известие, что 13 февраля 1500 года они, – тогда еще молодые люди, – присутствовали на свадьбе дочери великого князя Ивана III. Ни один из них тогда еще не был боярином, и все они звались «дети боярские». Борис вскоре умер, а Иван и Василий Андреевичи стали служить великому князю.
Жизнь этих двух первых Шереметевых протекала в непрестанных боях – то с Литвой, то с казанцами, то с крымцами. Помимо далеких походов за пределы государства, каждый год, с началом лета, русское войско выходило на берег Оки и стояло все лето в ожидании крымского хана. Иного способа защитить Москву от татарских набегов, видимо, не было. В 1521 г. Крымский хан Мухаммед-Гирей обманул русских воевод, в числе которых был Иван Шереметев. Он перешел внезапно Оку в другом месте и ударил по войску московского князя с тыла. Русские были наголову разбиты, после чего Мухаммед-Гирей едва не взял Москву. В этом бою Иван Шереметев был убит.
Имя Ивана Андреевича Шереметева, пострадавшего за отечество (как тогда говорили, «за святые церкви и веру православную»), было вписано навечно в самый главный «Памятник» Московской Руси – Синодик Успенского собора – и поминалось вместе с царями, князьями и митрополитами вплоть до самой революции с прибавлением «Вечная память». (В этот Синодик вписаны также герои Куликовской битвы). Иван Андреевич умер, не оставив потомства.
Место Ивана Андреевича на службе у великого князя занял Василий Андреевич Шереметев, ходивший в походы почти ежегодно с 1522 по 1537 гг.
Задолго до описанных событий, – когда точно, неизвестно, – отец первых Шереметьевых Андрей Шеремет умер и оставил село Чиркино по завещанию младшему тогда сыну, т.е. Василию Андреевичу. (Как мы увидим в дальнейшем, Василий Андреевич Шереметев и был строителем первой каменной Покровской церкви в Чиркине).
Ратная служба Василия Андреевича протекала вполне благополучно. Однако с момента смерти великого князя Василия III, с 1533 г., над его головой начали сгущаться тучи. В Москве разгорелась вражда двух больших боярских партий – старинных русских князей Шуйских с выходцами из Литвы князьями Глинскими и Бельскими, родственниками вдовы великого князя Елены Глинской и ее сына, малолетнего Ивана Грозного. В этой борьбе Василий Андреевич, как один из наиболее родовитых сановников, примкнул к партии Шуйских. Как только Елена Глинская умерла (в 1538 г.), он был схвачен и насильственно пострижен в Троице-Сергиев монастырь под именем инока Васьяна.
В древней Руси пострижение в монахи означало гражданскую смерть. Но не для такого человека, каким был Василий Андреевич. Сохранилось свидетельство – ни больше ни меньше, как самого царя Ивана Грозного, – что инок Васьян в Троице-Сергиевом монастыре не прекратил своей политической деятельности. В написанном много лет спустя письме к игумену Кирилло-Белозерского монастыря Козьме Иван Грозный обрушивает на голову давно уже покойного Василия Андреевича целые потоки брани. От него мы узнаем, что среди современников Василий Андреевич звался «чертом» – видимо, за его неукротимый темперамент и особую дерзость. Из слов царя Ивана можно понять, что с момента заключения Василия Андреевича в монастырь там начались яростные богословские диспуты, что монахи, – большинство из них принадлежало к московскому боярству, – разбились на партии. Виновником этой богословско–политической смуты царь Иван прямо называл Васьяна Шереметева.
По-видимому, правительство вскоре приняло меры, и Васьян Шереметев был переведен из Троицы в отдаленный Никольский Антониев-Краснохолмский монастырь, где и умер 9 января 1548 г.
У Василия Андреевича было шесть сыновей: Иван Большой, Григорий, Семен, Никита, Иван Меньшой и Федор Васильевич.
После смерти Василия Андреевича все его многочисленные имения, кроме Чиркина, перешли к сыновьям, которые и владели ими сообща до 1564 г. (в этом году они разделились). На Чиркино была составлена особая запись: этим селом Василий Андреевич благословил младшего из шести своих сыновей – Федора Васильевича. Чем было вызвано такое распоряжение, почему старинная родовая вотчина вновь была передана младшему, а не старшему из сыновей?
Дело в том, что Чиркино рассматривалось Шереметевыми не как обычное земельное владение. В нем находился родительский погост с фамильной церковью Покрова, на котором уже длительное время, с XV или даже с XIV в., погребались члены рода. Сами Шереметевы до самого XVII в. в Чиркине не жили: они «сидели» по селам и деревням в округе Чиркина – в Федоровском, Городне, Мещерине, Пруссах и т.д. Почитание памяти предков, «родителей», как тогда говорили, считалось у древних первейшей добродетелью. В Покровской церкви помимо годовых поминальных служб творились ежедневные «памяти» по покойным, служились панихиды и литии. Здесь сообща праздновались большие церковные праздники, крестили и хоронили.
Предполагалось, что для спасения душ предков заупокойные службы должны длиться вечно, вплоть до Страшного Cуда. В таком случае кто-то из членов рода должен был заботиться, чтобы заупокойные службы регулярно совершались сегодня и не прекращались в будущем. Считалось, что для этой роли более всего подходит младший сын, который проживет дольше остальных и дольше, таким образом, сможет заботиться о родительском кладбище и фамильной церкви. В семье Василия Андреевича этим сыном оказался Федор Васильевич. Последний по воле отца и сделался «душеприказчиком» рода Шереметевых почти до конца XVI столетия: он умер в 1592 г., пережив всех своих братьев.
Жизнь Федора Васильевича и его братьев протекала в бурные годы царствования Ивана Грозного. Из пяти братьев Федора Васильевича двое – Григорий и Иван Меньшой – были убиты на войне, третий – Никита – был казнен в опричине, Семен умер, а старший брат Иван Большой был заточен вместе с сыном Еремеем в Кирилло-Белозерский монастырь, где и умер в опале, ненавидимый и проклинаемый царем Иваном. Относительно благополучно складывалась при Грозном только жизнь Федора Васильевича. При нем и продолжалось строительство в Чиркине.
К концу царствования Ивана Грозного в роду Шереметевых произошло важное событие: они выдали свою единственную племянницу Елену Ивановну (дочь Ивана Васильевича Меньшого из соседней Чиркину Городни) за старшего сына Ивана Грозного – царевича Ивана Ивановича. В случае смерти царя Ивана ее ожидал титул русской царицы, а Шереметевы должны были сделаться первыми людьми в государстве.
Однако этим мечтам не суждено было сбыться. Сама Елена Ивановна послужила косвенной причиной постигшей ее катастрофы: во время пребывания царского семейства в Александровской слободе в 1581 г. царь застал ее, тогда уже беременную, в жарко натопленных дворцовых комнатах в одной рубахе, что по понятиям того времени было верхом неприличия (на женщине, тем более знатной, должно было быть не менее трех рубах). Пришедший в бешенство царь избил сноху. На крик жены прибежал Иван Иванович и вступился за нее. Царь набросился на сына и избил его до полусмерти. Потрясенный Иван Иванович заболел и через 11 дней умер. У Елены Ивановны случился выкидыш. По обычаю того времени молодая вдова была пострижена в монастырь.
Если бы не трагедия в Александровской слободе, Шереметевы, вероятно, заняли бы то же положение в государстве, какое впоследствии заняли Годуновы через Ирину Годунову – жену царевича Федора Ивановича.
Пришла беда и к Федору Васильевичу: он оставался бездетен. Для стареющего владельца Чиркина встал вопрос о наследнике.
Из всех молодых потомков Василия Андреевича к 70–м годам XVI в. в живых оставались только два племянника Федора Васильевича: сын казненного Никиты Васильевича Петр и сын Ивана Васильевича Меньшого Федор. И Федор Васильевич задумал обойти племянников наследством. По-видимому, этому решению предшествовала какая-то семейная ссора.
В 1575 г., находясь на воеводстве в Туле, Федор Васильевич составил свое первое завещание, согласно которому передавал свою родовую вотчину с селом Чиркиным Кирилло-Белозерскому монастырю в качестве вклада по своей душе и по душам своих родителей. Согласно особому условию, Чиркино должно было перейти во владение монастыря только после смерти Федора Васильевича.
Племянники с таким завещанием не согласились. Началась беспримерная тяжба, продолжавшаяся несколько десятков лет (до середины XVII в.).
Решительным противником воли дяди стал Петр Никитич Шереметев. Между ним и Федором Васильевичем разгорелась настоящая война. В 1579 г., когда Федор Васильевич был взят в плен поляками, Петр Никитич насильно «вчинился в Чиркино». Освободясь из плена, Федор Васильевич подал в суд, и Петр Никитич был «выдан ему головою за грабеж».
Много позднее, уже при Федоре Ивановиче, когда к власти пришли Годуновы, Федор Васильевич оказался в опале. Спасаясь от преследователей, он скрылся в тот же Никольский Антониев-Краснохолмский монастырь, в котором закончил дни его отец. И опять Петр Николаевич «взял грабежом вотчины дяди».
Находясь в монастыре, Федор Васильевич сделал окончательное распоряжение относительно Чиркина – передал его Кирилло-Белозерскому монастырю «впрок, без выкупа». Однако теперь в Чиркине уже прочно сидел племянник. Вопреки ясному смыслу завещания, после смерти Федора Васильевича в 1592 г. царь Федор Иванович «пожаловал» Петра Никитича – отдал ему село Чиркино. Добиваясь подобного беспрецедентного решения (все права в этом деле были на стороне Кирилло-Белозерского монастыря), Петр Никитич, чтобы окончательно дискредитировать дядю, прибег к политическому доносу.
Все попытки монастыря вернуть себе Чиркино через суд кончились безрезультатно. «Петр Никитич, – говорит один древний документ, – был человек сильный и от суда отбивался». По документам дошедшего до нас древнего Шереметевского архива видно, как это делалось: суд имел право при малейшей возможности откладывать спорное дело и без конца пользовался этим в пользу Петра Никитича. Тяжба тянулась еще в 1629, 1642, 1649 гг., когда Петра Никитича уже не было в живых (он умер в 1603 г.).
В итоге победа Шереметевых оказалась полной. Родовая вотчина окончательно осталась за ними.
После смерти Петра Никитича Чиркино перешло к его младшему сыну Борису Петровичу (умер в 1650 г.), а от него к его единственному сыну последнего – Василию Борисовичу. Теперь Шереметевы уже жили в Чиркине. Их усадьба находилась к северу – северо-западу от храмов.
Василий Борисович Шереметев вошел в русскую историю как знаменитый «крымский сиделец». В 1660 г. он был взят в плен крымским ханом и заключен в крепость Чуфут-Кале. Там Василий Борисович просидел 20 лет, и после внесения за него громадного выкупа был выпущен на свободу больным стариком. По возвращении его в Москву царь лично представил его Думе: Василия Борисовича никто уже не помнил в лицо. Судьба Василия Борисовича потрясла современников.
Прожив в Москве 4 зимних месяца, Василий Борисович умер 25 апреля 1682 г., так и не побывав в своем Чиркине. У Василия Борисовича был сын, лет за 20 до того умерший, и дочь, бывшая замужем за князем Голицыным. Перед Василием Борисовичем, как когда-то перед его двоюродным дедом, встал вопрос о наследнике: мужских потомков, носящих фамилию Шереметев, у него теперь не было.
Василий Борисович поступил неожиданно: несмотря на наличие прямых наследников в лице дочери и ее мужа, он составил завещание в пользу своего племянника от двоюродного брата – Бориса Петровича Шереметева, самого блестящего представителя рода Шереметевых за всю историю, будущего фельдмаршала, знаменитого соратника Петра Великого, воспетого Пушкиным в «Полтаве» под именем «Шереметева благородного».
Можно не сомневаться, что выбор Василия Борисовича диктовался тем, что Чиркину нужен был человек, способный поддерживать родовые церкви и причт материально и юридически. Огромную роль тут должна была сыграть и сама личность Бориса Петровича.
Хотя в 1682 г., когда Василий Борисович познакомился со своим племянником, до будущего фельдмаршала было еще очень далеко (царю Петру – великому преобразователю России – было еще только 9 лет), Борис Петрович сумел обворожить дядю. И недаром. Впоследствии он сделался одним из образованнейших людей своей эпохи, сторонником и поборником западной культуры, настоящим соратником Петра Великого. Как все близкие Петру люди, Борис Петрович был талантлив и любознателен. Он был лично знаком с римским папой, от которого получил в подарок католическое распятие. У себя, в Мещерине, где он жил, он поставил собственную конную статую.
Растроганный великодушным поступком своего дяди, Борис Петрович задумал особым образом почтить его память – построить над его гробом (Василий Борисович завещал похоронить себя в Чиркине) церковь-усыпальницу, а заодно и реконструировать Покровскую Церковь.
Однако осуществить свой замысел Борису Петровичу довелось не скоро. Наследники Василия Борисовича подали в суд, и дело тянулось еще 9 лет. Только в 1691 г. Борис Петрович вступил во владение Чиркиным. В том же году он уехал с царем Петром за границу.
Сейчас трудно сказать, участвовал ли сам Борис Петрович в перестройке чиркинских церквей. Находясь в постоянных разъездах, он мог поручить это одному из своих управляющих. Так или иначе, на рубеже XVII и XVIII вв. Чиркинский ансамбль был перестроен во вкусе модного в те годы «нарышкинского барокко».
Прежде всего, были разобраны все пять глав, столбы и своды Покровской церкви. Ее четверик был увеличен в высоту и завершен огромным восьмигранным ярусом с одним барабаном и главой. Между приделами была построена каменная паперть. Покровская церковь из храма крестовокупольного типа с внутренними столбами стала бесстолпной церковью, просторной, высокой и светлой.
Престол Василия Кесарийского из южного алтаря Покровской церкви был изнесен вон, и для этой службы был построен новая отдельно стоящая многоярусная «церковь под колоколы», неправильно называемая «колокольней». Это и есть церковь-усыпальница Василия Борисовича, который, как и его далекий предок, был крещен в честь Василия Кесарийского. В ней до конца XIX в. находилась его могила с надгробным камнем.
В ходе реконструкции Чиркинского ансамбля, которая затянулась на много лет, старый придел Андрея Критского был выстроен заново и переименован в Петропавловский – в честь апостолов Петра и Павла, ангелов сына владельца Мещерина – Петра Борисовича.
В трех из четырех чиркинских храмов (в основной Покровской церкви, церкви под колоколы Василия Кесарийского и в приделе Петра и Павла) Борисом Петровичем были сооружены великолепные, покрытые ажурной резьбой барочные иконостасы. Эти иконостасы получили известность в качестве выдающихся произведений русского прикладного церковного искусства еще в середине XIX в. В начале XX в. их фотографии были изданы в виде открыток.
Иконостасы Чиркина погибли в 50-х гг. нашего века. Погибли или исчезли также все чиркинские иконы, среди которых были очень древние.
Перестроенные в стиле провинциального «нарышкинского барокко» чиркинские церкви были полихромно (в разные цвета) раскрашены.
На протяжении XIX в. церкви неоднократно ремонтировались. В 1832 г. придел Николая Чудотворца был разобран и на его месте выстроен новый, значительно больше первого.
До 30-х гг. ХХ в. Чиркинский погост имел каменную ограду с воротами.
На рубеже нашего столетия село Чиркино и его памятники популяризовал последний владелец Чиркина граф С.Д. Шереметев – известный культурный деятель предреволюционного периода, председатель различных комитетов и обществ.

О ДАТИРОВКЕ ПОКРОВСКОЙ ЦЕРКВИ И ЕЕ ПРИДЕЛОВ


Каменная Покровская церковь в Чиркине впервые упоминается в Писцовых книгах Московского государства за 1578 г.: «За Федором Васильевичем Шереметевым старая их вотчина: с. Чиркино на рчк Городенке, а в нем церк. Покров Пресвятыя Богородицы, камена, да придел Василий Кесарийский, да другой придел Андрея Критцкаго, да третий Никола Чудотворец, почат делать, а не свершен, камен…»15.
Из текста описания явственно следует, что храм был построен задолго до этой записи: один из трех упомянутых приделов церкви Покрова – Никольский – обозначен как начатый постройкой, каменный. Обычно между созданием основного храма и появлением при нем вновь пристроенных приделов проходит длительное время и, как правило, происходит смена владельцев.
На основании этих сведений и родословной бояр Шереметевых историк А.П. Барсуков установил ктитора Покровской церкви и дал хронологические границы ее постройки. Согласно его версии, строителем Покровской церкви должен был быть представитель рода Шереметевых по имени Василий, имевший своим тезоименитым святым Василия Великого Кесарийского.
Единственным Шереметевым с этим именем за всю историю рода до второй половины XVII в. был первый Шереметев – Василий Андреевич, сын Андрея Константиновича Беззубцева, носившего прозвище «Шеремет», и внук первого известного нам владельца села Чиркино – Константина Александровича Беззубцева, жившего в середине XV в.
С доводами А.П. Барсукова нельзя не согласиться. Придел Василия Кесарийского – «старший» придел Покровской церкви, поскольку он упомянут первым, – располагался в правом предалтарии Покровского храма, в дьяконнике.
Умер Василий Андреевич 9 января 1548 г., однако его активная гражданская жизнь продолжалась только до 1538 г., когда он был насильственно пострижен в монастырь под именем Васьяна.
Таким образом, 1538 год является верхней границей датировки интересующей нас постройки. К сожалению, ее нижняя граница не может быть определена с подобной точностью: мы не знаем, когда умер Андрей Шеремет, т.е. когда Василий Андреевич вступил во владение Чиркиным. Это могли быть и 10-е, и 20-е годы XVI в.
Можно было бы условно связать постройку каменной Покровской церкви с получением Василием Андреевичем первого воеводского чина, т.е. с 1522 г. Однако это было бы большим и малооправданным допущением.
Василий Андреевич и два его брата – старший Иван и младший Борис – упомянуты в качестве «детей боярских» в одном и том же 1500 г. По всей видимости, возрастной разрыв между ними был невелик. Между тем Иван попал в разряды уже в 1510 г., причем, естественно, не сразу, а прослужив до этого некоторое время в средних чинах. Начавший служить вслед за ним Василий Андреевич в эти годы также мог успешно двигаться по службе, жениться (у него за его долгую жизнь было две жены и шестеро сыновей) и всерьез приняться за благоустроение родительского погоста, т.е. начать строить каменную церковь.
После смерти Василия Андреевича Чиркино перешло к младшему из шести его сыновей – Федору Васильевичу, при котором и была сделана вышеприведенная запись. Однако год вступления Федора Васильевича во владение Чиркиным также неизвестен. Известно только, что до 1564 г. сыновья Василия Андреевича владели всеми вотчинами отца сообща, а в этом году разделились.
При Федоре Васильевиче близ северо-западного и юго-западного углов Покровской церкви были построены упомянутые в записи приделы Андрея Критского и Николая Чудотворца.
Придел Андрея Критского, по А.П. Барсукову, был посвящен ангелу деда Федора Васильевича и его братьев – Андрея Константиновича Шеремета. Придел Николая Чудотворца (в 1578 г. он еще не был завершен) – популярному общерусскому святому.
Построение северо-западного придела Андрея Критского можно предположительно связать с 1564 годом – годом раздела огромной вотчины Шереметевых между сыновьями Василия Андреевича. По-видимому, раздел был произведен против воли «родителей», и внуки поставили придел Андрея Критского с тем, чтобы умилостивить деда: в малых церковных приделах служились ранние литургии для поминовения душ усопших предков.
До 1981 г. мы вслед за другими исследователями полагали, что внешний облик находящегося сейчас в руинах северо-западного придела Покровской церкви, известный по фотографиям, не противоречит этой дате: такие же лишенные алтарных полукружий миниатюрные приделы были построены в 1560-х гг. вокруг домовой церкви великих князей и царей – Благовещенского собора, а также на сводах Спасо-Преображенского собора Соловецкого монастыря и сводах паперти собора Смоленской Одигитрии в Новодевичьем монастыре (конец 60-х гг. XVI в.).
Но на тот момент нам не удалось должным образом исследовать этот северо-западный придел, и мы, основываясь на двух фотографиях плохого качества, отнесли его к середине XVI века и сочли упоминавшимся в Писцовых книгах 1578 и 1627–1628 годов приделом Андрея Критского.
Но ознакомившись в 1981 году с фотографиями разобранного придела из фототеки Музея архитектуры, мы убедились в своей ошибке. Северо-западный придел Покровской церкви, – о чем можно было догадаться уже по кованым связям, которыми он был обвязан при своей постройке, – памятник второй половины, скорее даже конца XVII века. Следовательно, его правильное изначальное название – придел Петра и Павла.
Заложенные летом 1981 года возле северо-западного придела Покровской церкви шурфы подтвердили справедливость этой оценки. Фундаменты северо-западного придела имеют очень неглубокое заложение в гумусном слое, тогда как фундаменты ранее раскопанного нами Никольского придела 70-х годов XVI века заглублены до отметки заложения фундаментов Покровского храма и уходят в материк.
В свете этих фактов ранняя строительная история памятника будет выглядеть несколько иначе: при переписи 1579 г. при каменной Покровской церкви были приделы: один в дьяконнике – Василия Кесарийского и два внешних – Андрея Критского и Николы Чудотворца. Придел Андрея Критского был деревянным, а начатый строением Никольский – каменным.
Именно так мы теперь понимаем сделанную писцами отметку «камен». По всей видимости, они сочли нужным противопоставить один придел другому по фундаментальному для древних признаку – по материалу.
Этот не дошедший до нас придел мог стоять непосредственно возле северного фасада церкви, где, как мы помним, не было окон. Вероятно, он был теплым.
В последний раз придел Андрея Критского упоминается в 1627–28 годах.
Нам осталось уточнить дату постройки Петропавловского придела. Из владельческой истории Чиркина, изложенной нами выше, неопровержимо следует, что придел Петра и Павла – еще одна постройка Бориса Петровича Шереметева.
А.П. Барсуков предполагал, что придел Петра и Павла сооружен в честь ангела сына Бориса Петровича – Петра Борисовича Шереметева, родившегося 26 февраля 1713 года. Однако, во-первых, для 10-х годов XVIII века архитектура придела архаична, а во-вторых, он был поставлен, что совершенно очевидно по данным археологии, до перестройки Чиркинского ансамбля в стиле «нарышкинского барокко».
Поэтому правильнее будет отнести его ко времени вступления Бориса Петровича Шереметева во владение Чиркиным – к началу 90-х годов XVII века. Придел мог быть освящен в честь ангела отца нового владельца – Петра Васильевича Шереметева (двоюродного брата «крымского сидельца»), а мог (что, впрочем, маловероятно) – в честь царя Петра.
Ранее мы полагали, что придел Николая Чудотворца 1578 г. своей архитектурой отчасти повторил придел Андрея Критского, теперь же мы обязаны считать иначе: Петропавловский придел был построен по типу Никольского.

МЕСТО ПОКРОВСКОГО ХРАМА В ИСТОРИИ АРХИТЕКТУРЫ


Покровская церковь – не единственный памятник в своем роде. До нас дошла целая группа церквей с аналогичными признаками. Четыре из них, отмеченные общим с Покровской церковью происхождением, были построены в вотчинах, две – в Москве на посаде, и одна – в Москве же, в Ивановском монастыре.
В вотчинах были построены уже упоминавшаяся церковь Рождества Христова в Юркине (как и Покровская, она стояла на погосте в вотчине Голохвастовых), церковь Благовещения в Благовещенском погосте – в вотчине князей Нагих, церковь Ильи Пророка на Протве (не сохранилась) – в вотчине князей Репниных, и церковь Троицы в Чашникове – в вотчине Собакиных. Церкви Московского посада – Николы в Мясниках (не сохранилась) и Антипия у Больших конюшен. Церковь Ивановского монастыря – это собор Усекновения Главы Иоанна Предтечи, разобранный в 80-х гг. XIX в.
Объединяют эти памятники следующие признаки:
– все храмы этого круга выстроены из кирпича, близкого Аристотелевскому размеру (12,5х25х7 см и меньше), с ограниченным применением белого камня;
– кладка стен носит геометрически правильный характер;
– архитектура этих храмов (за исключением церкви Троицы в Чашникове, о чем см. ниже) воспроизводит ордерную схему – внутри или снаружи (четверик завершается антаблементом или карнизом без архитрава) и изобилует итальянизмами. К последним относятся фряжские плоскостные порталы, полуциркульные закомары, щипцовые фронтоны, поддерживающие архитравы модульоны, граненые апсиды;
– уникальным мотивом, сопровождающим архитектуру этой группы, являются арочные впадины16;
– все перечисленные храмы обладают ярко выраженным структурным и композиционным своеобразием, заключающемся и в произвольном сочетании в одном здании различных планово-пространственных структур, и в случаях несовпадения внешней и внутренней плановой конфигурации.
Рассмотрим особенности этих храмов более подробно.
О структуре Покровской церкви, совместившей в себе апсиды бесстолпного храма с четвериком крестовокупольного типа, со строго симметричной расстановкой столбов и одноярусным карнизом, мы уже говорили.
План Троицкой церкви в Чашникове представляет собой вытянутый прямоугольник – типа крестовокупольной базилики – с четырьмя столбами и без алтарных полукружий. Несмотря на столь оригинальную структуру, храму придан облик пятиглавого здания с повышенным центральным подкупольным квадратом и традиционным решением фасадов в виде разомкнутых прясел. Об общем происхождении Троицкой и Покровской церквей говорят одинаковая толщина стен, ширина в интерьере (7,52 см), четырехстолпие и пятиглавие.
Церковь Рождества Христова в Юркине совмещает в себе структуру бесстолпного храма, перекрытого крещатым сводом, с обликом новгородской четырехстолпной церкви с трехлопастным завершением фасадов. Крещатый свод юркинского храма представляет собой замечательную конструкцию, впервые примененную если не в этом здании, то в работах этой архитектурной школы. (Преимущество крещатого свода всеми другими разновидностями бесстолпного покрытия заключается в том, что он имитирует систему сводов крестовокупольного храма – поднятый над закрестьями крест с барабаном в средокрестии).
Церкви Рождества Христова в Юркине была близка церковь Николы в Мясниках. Она имела арочные впадины в интерьере и восьмискатное пощипцовое покрытие с приподнятыми округленными углами. Внутри такого полущипца-полукокошника был выложен стилизованный трифолий.
Церковь Антипия у Больших конюшен при бесстолпной архитектуре четверика и крещатом своде обладает обликом храма крестовокупольного типа с позакомарным покрытием. Интерьер храма украшен незавершенным ордером (лишенными антаблемента лопатками).
Не менее своеобразны и три остальные церкви – Ильинская на Протве, Благовещенская в Благовещенском погосте и собор Ивановского монастыря. В их основе лежит древнерусский храм с крестчатым планом (с притворами). Однако, в отличие от древнерусского прототипа, притворы у этих храмов выведены вровень с четвериком, под общий храмовый карниз. Двенадцатиугольная конфигурация плана вынудила строителей отказаться от ордерных членений и ограничиться при декорировании фасадов одним карнизом с модульонами.
В Ильинской и Ивановской церквях арочные впадины идут по одной на грань, в церкви Благовещения сделана попытка сохранить на главных фасадах (их роль здесь играют притворы) трехчастную схему членения. Кроме того, в этой церкви арочные впадины заключены в обрамляющие их прямоугольные ниши.
Покрытие всех трех церквей было скатное, пофронтонное.
Благовещенская церковь со смешанным к востоку барабаном и рукавами креста – крестовокупольная, двухстолпная. Фасады этой церкви хранят следы смелого экспериментаторства: из-за смещения поперечной оси храма фронтоны основного четверика со стороны боковых фасадов сделаны неравнобедренными, на одном из фронтонов – южном – выложено начало средней лопатки. Апсиды Благовещенской церкви обработаны лопатками.
Удлиненные апсиды Ивановской церкви были гранеными – внутри и снаружи, причем направления внешних и внутренних граней не совпадали.
Таковы эти, прежде невиданные на Руси, производящие почти фантастическое впечатление храмы.
Суммарная характеристика этих памятников позволяет говорить о единой сформировавшей их архитектурной школе (само отмеченное варьирование типов является признаком единой школы и отвечает ее внутреннему принципу), а такие черты, как обилие итальянизмов, геометрическая сухость формы и рассудочная сочиненность плановых решений дают право в качестве наиболее правдоподобной гипотезы считать эти здания произведениями итальянской школы мастеров, работавших на Руси в течение полувека – с 80-х гг. XV в. до правления Елены Глинской, т.е. на протяжении всего периода, когда могла быть построена Покровская церковь.
Строительная деятельность на Руси при Иване III, его сыне Василии и Елене Глинской артелей, возглавляемых итальянскими зодчими, с трудом поддается учету: итальянцы настолько глубоко преобразовали древнерусскую архитектуру, их приемы настолько широко вошли в практику, что работы собственно русских артелей стали почти неразличимы.
Начиная с 1490-х по 1540-е гг. итальянцами было построено шесть Кремлей (Московский, Новгородский, Нижегородский, Тульский, Зарайский и Коломенский, стены Китай-города в Москве), многопалатный дворец великого князя в Московском кремле, все основные кремлевские соборы (за исключением построенных ранее домовых церквей великого князя и митрополита), все соборы придворных и знатных девичьих монастырей, соборные церкви обеих великокняжеских резиденций – в Александровской Слободе и в Коломенском, удельный собор в Дмитрове, многочисленные монастырские соборы и церкви в городах и пустынях по всей стране, вплоть до отдаленных мест Вологодчины, и, наконец, значительное количество церквей на посадах.
Не преувеличивая, можно сказать, что государственное строительство в этот период перешло в руки итальянцев. В большинстве из перечисленных случаев ктитором выступал сам великий князь, а местные власти, в том числе церковные, в качестве челобитчиков, – что говорит об исключительной централизации всего процесса.
Особую группу в этом потоке составляют выполненные по частному заказу вотчинные церкви: только централизованным сведением на Русь большого количества строителей можно объяснить это, во всех отношениях внезапное появление каменных церквей в вотчинах.
Трудами итальянских зодчих русская архитектура подверглась глубокой переработке. Обновилась техника строительства, кирпич повсеместно сменил белый камень. Последний стал употребляться «фрязями» только при возведении подземных частей сооружений (подвалов, погребов, фундаментов) и для изготовления сложного декора, в том числе некоторых выносных элементов.
Кирпичная техника способствовала усовершенствованию старых конструктивных приемов и рождению новых. В строительную практику в небывалом количестве вошли новые конструкции, а с ними – новые формы. Расширилась типология сооружений, появились высокие ярусные столпы, бесстолпные храмы-капеллы, шатровые церкви.
Параллельно с этим итальянскими зодчими перерабатываются старые крестовокупольные схемы, однако наиболее оригинальные решения возникают на основе центрического варианта бесстолпного храма. В это время строятся храмы в плане квадратные, шестигранные, восьмигранные, просто – многогранные, круглые, многолепестковые, смешанной конфигурации – например, квадрат в многограннике. И все – с разнообразными формами завершения.
Та же кирпичная техника способствовала обновлению эстетики, выработке нового вкуса. Господствующим средством выражения у итальянцев становится чистая плоскость, а ведущим архитектурным мотивом – плоскость, заключенная «в раму». Получают распространенные прямоугольные утопленные ниши (часто – с поддерживающими верхний уступ модульонами), ранее упомянутые арочные впадины, филенчатые обрамления.
Тонкость, строгость и даже сухость отделки в зданиях фряжского периода русской архитектуры бросаются в глаза. Этому много способствовало усиленное применение прямоугольных обломов в передаче традиционно круглых элементов, таких, как колонны барабана, аркатурный пояс или межалтарные колонки. Те же требования нового вкуса приводят к замене круглых апсид гранеными. В большом количестве строятся граненые крепостные башни.
Специального упоминания заслуживает широко распространенное в это время «купирование» формы, когда классические мотивы итальянского Возрождения подавались как бы в адаптированном виде, сознательно упрощенно, в простом кирпиче с минимальным количеством тески. (Указанное явление более всего остального препятствовало правильному атрибутированию фряжских памятников: купированную форму принимали за неумелое подражание русских итальянцам, считали результатом провинциальных искажений, варваризации и т.п.). К купированным элементам должны быть отнесены плоскостные порталы, выполненные напуском кирпича антаблементы и арочные впадины.
Архитектура этого времени не дает картины абсолютной стилистической выдержанности. Отмеченный выше композиционный эклектизм не в меньшей степени свойственен и внешней отделке зданий. В переработке у этой школы находится не только вся предшествующая XVI столетию русская архитектура, но и зодчество соседних народов, и отдельные мотивы собственно итальянской архитектуры. Кроме того, в работах фряжских зодчих наблюдается наличие нескольких направлений или почерков, явно существовавших в одно и то же время, что создает дополнительные трудности в различении огромной массы недатированных памятников.
Убедительной иллюстрацией царящей в то время эклектики могут служить многочисленные случаи совмещения в одном здании закомар разного типа (циркульных – фряжских и килевидных – русских), и, в особенности, фряжских плоскостных и древнерусских перспективных порталов.
Калейдоскоп мотивов, форм и целых направлений в зодчестве эпохи Василия III освобождает нас от необходимости искать аналоги Покровской церкви, следуя какому-либо стилистическому признаку, например, наличию на ее фасадах арочных впадин. Правильнее, на наш взгляд, руководствоваться типологическим конструктивным признаком, иначе говоря – типом перекрытия. Построенные итальянцами крестовокупольные храмы можно условно разделить на две группы: первая – с повышенными подпружными арками и традиционно решенными фасадами в виде вертикальных разомкнутых прясел, вторая – храмы с выровненными сводами. Первая группа восходит к предшествующему периоду русской архитектуры, вторая – к домонгольской традиции.
Развитый трехчастный антаблемент наблюдается почти исключительно у зданий второй группы. Это совпадает с тем, что мы знаем о Покровской церкви, и облегчает дальнейшие поиски.
Особенность Покровской церкви как крестовокупольного здания заключается в высоком положении сводов креста относительно храмового антаблемента. В большинстве известных нам крестовокупольных храмов начала XVI в. пяты сводов расположены значительно ниже наружного антаблемента или карниза, что обеспечивает при позакомарном покрытии устройство двойных сводов (прежде всего в целях предотвращения намокания). В Покровской церкви подобная возможность отсутствует. По-видимому, своды чиркинского храма совпадали или почти совпадали с очертанием центральных закомар. (Совпадение наружных форм и внутренних конструкций – отличительная черта нашего памятника. Лопатки на фасадах соответствуют столбам, а дугообразные следы тромпов – дугам арочных впадин).
В таком случае покрытие рукавов креста было посводным и, вероятнее всего, – поскольку речь идет о достаточно раннем памятнике, – черепичным.
В зданиях первой трети XVI в. посводное покрытие встречается главным образом на бесстолпных храмах с крещатыми сводами. Из храмов крестовокупольного типа такое покрытие известно у собора Спасского монастыря в Ярославле, построенного итальянским зодчим в 1506–1515 гг.
Собор Спасского монастыря относится к зданиям крестовокупольного типа с крестчатыми столбами и перевязанными со сводами, расположенными в одном уровне подпружными арками. За исключением восточного рукава креста, все компартименты этого трехглавого храма перекрыты крестовыми сводами. Очертания сводов и закомар в Спасском соборе совпадают, что позволило его строителю устроить окна во всех закомарах храма, кроме входящих в алтарную часть восточных закомар, где они не требуются и где располагаются боковые главы. В северо-западной и юго-западной закомарах, где шелыги сводов несколько понижены, окна из-за недостатка места были сделаны круглыми.
Спасский собор – самый ранний среди храмов XVI в. с посводным покрытием. Он совмещает в себе конструкцию сводов Успенского собора Фиораванти17 с ордерным декоративным оформлением Архангельского собора Московского кремля и Успенского собора в Дмитрове, имеющих вторые своды и чердаки. Это одно из самых смелых и оригинальных воспроизведений домонгольского типа русского храма с выровненными сводами.
С чиркинской Покровской церковью Спасский собор связывает как высокое размещение сводов при наличии развитого храмового антаблемента, так и фряжская архитектура порталов (выполненных, впрочем, с глубокими наружными откосами).
Более близким аналогом Покровской церкви с конструктивной точки зрения является собор Рождества Богородицы Лужецкого монастыря в Можайске, выстроенный, как считается, значительно позднее обеих церквей и в иных декоративных традициях18. Как и в чиркинской церкви, рукава креста в этом храме перекрыты коробовыми сводами с посводным покрытием, а закрестья (с четырьмя барабанами) – понижены.
Третьим храмом-аналогом, самым близким Покровской церкви с точки зрения фасадной стилистики, является собор Рождества Богородицы в Суздале, реконструированный Василием III в 1528 году из старого шестистолпного домонгольского храма. Система его сводов была близка системе сводов Спасского собора, с той лишь разницей, что из-за разновеликих компартиментов одни своды были значительно ниже остальных. Тот факт, что в XVIII в. верхи соборных закомар были срезаны под четырехапсидную кровлю, служит доказательством, что своды собора были с чердаками.
Рождественский собор – единственный из больших соборов эпохи Василия III, чьи прясла украшают арочные впадины. Однако не исключено, что мастер избрал этот мотив по причине сравнительно малой высоты надстраиваемой части.
Четвертый крестовокупольный аналог Покровской церкви – уже упоминавшаяся нами церковь Троицы в Чашникове.
Своды всех этих храмов-аналогов (за исключением чашниковской церкви) лежат на подпружных арках вперевязку с ними. Подпружные арки Спасского и Лужецкого соборов опираются на импосты, а Рождественского собора в Суздале – на пристенные лопатки.

ВОПРОСЫ РЕКОНСТРУКЦИИ ХРАМА


Полученные данные позволяют с достаточной степенью достоверности реконструировать первоначальный вид Покровской церкви в Чиркине.
Над храмовым карнизом, в котором сейчас не хватает одного–двух верхних рядов, возвышались полуциркульные закомары – по три на фасад.
Необычайная для столь небольшого храма, каким является Покровская церковь, ширина лопаток подсказывает характер архивольтов закомар: они могли быть широкими и мелкопрофилированными (плоскостными). Представление об архивольтах этого рода дают восстановленные в 20-х гг. нашего века закомары собора Спасского монастыря в Ярославле и архивольты Рождественского собора в Суздале19.
Над перекрестьем смежных закомар по углам здания возвышались малые барабаны толщиной в 1,5 кирпича. Барабаны были световыми. Количество окон в них, принимая во внимание малые размеры храма, могло быть минимальным: 4 или 3, как в Троицкой церкви в Чашникове.
Материалом покрытия могла быть часто встречающаяся в земле вокруг памятника чернолощеная черепица «бобровый хвост» на гвоздях и на растворе.
Рукава центрального креста были перекрыты коробовыми сводами. Из-за отсутствия на памятнике лесов отметки пят сводов в настоящее время не прослежены, но создается впечатление, что они лежали выше линии разборки и, как мы думаем, совпадали с линией отреза карниза. В пользу этого предположения говорит уже отмечавшаяся геометрически выверенная внешняя и внутренняя структура здания.
Центральный подкупольный квадрат нес центральный барабан. Остается открытым вопрос, стоял центральный барабан на подпружных арках, или же он был утвержден прямо на концах коробовых сводов креста (естественно, усиленных скрытыми подпружными арками)20.
Получить окончательный ответ на этот вопрос в настоящее время не представляется возможным. В церкви Троицы в Чашникове такие арки есть, но там храм не имеет антаблемента или венчающего карниза, его фасады решены традиционно – в виде разомкнутых прясел, что косвенно указывает как на пониженные закрестья, так и на приподнятый центральный барабан. В полном соответствии с этой характеристикой Троицкий храм имеет более стройные пропорции, а его центральный барабан посредством подпружных арок значительно поднят над четвериком, при этом в основании барабана устроена пирамида из двух ярусов кокошников полуциркульного очертания.
Для Покровской церкви с ее распластанными пропорциями, напоминающими пропорции больших городских соборов, и ордерной схемой фасадов подобное решение представляется неприемлемым.
В своей реконструкции мы останавливаемся на наиболее простом варианте: без ступенчатых подпружных арок. В этом случае мы имеем возможность поместить в основании центрального барабана один ряд кокошников на постаменте со скругленными углами из горизонтальных рядов кирпича «отступом».
От центрального подкупольного квадрата памятника-аналога – Спасского собора – принятый нами вариант отличается только отсутствием выпущенных из сводов подпружных арок. В этом нет большого противоречия: подпружные арки Спасского собора и двух других памятников-аналогов являлись, как было сказано, «скрытыми», и выпускались из сводов исключительно в декоративных целях и не более чем на 15 см. О том, что фряжские зодчие, которым, судя по всему, подпружные арки должны были импонировать, иногда делали их скрытыми полностью, свидетельствует Успенский собор Фиораванти. Тем более так могло быть в маленьком Покровском храме.
Вариант реконструкции, на котором мы остановились, диктует все остальные параметры центрального барабана: мы помещаем его точно в створе центрального подкупольного квадрата, толщину принимаем в один кирпич. Количество окон видится нам минимальным, т.е. четыре. Материал покрытия тот же – упомянутая местная чернолощеная черепица.
Удовлетворительная реконструкция завершения Покровской церкви требует ясного понимания еще одной относящейся к памятникам нашего типа проблемы: небольшие древнерусские храмы, в отличие от городских и монастырских соборов, покрывались посводно. Однако посводное покрытие требует кирпичных надкладок, надбуток, выстилок и даже дополнительных защитных сводов поверх основных, конструктивных, как в Троицкой церкви в Чашникове. В нашем случае при заданной схеме реконструкции это трудновыполнимая задача.
Для коробовых сводов, которыми были перекрыты рукава основного креста Покровской церкви, роль такой надкладки могла играть повышенная толщина сводов – в полтора–два переката (скорее в два). Однако такой прием ставит нас перед необходимостью или поднять на фасаде центральную закомару, или опустить своды креста в интерьере. Для повышения центральной закомары имеется свой «зрительный предел», что же касается понижения сводов основного креста, то, хотя истинная отметка пяты осталась нам неизвестна, на это имеются серьезные возражения.
По нашему мнению, центральный трансепт и центральный неф (т.е. рукава креста храма) нуждаются в дополнительном освещении. Осветить их можно только посредством устройства в центральных закомарах круглых окон, в точности, как это сделано в Спасском соборе в боковых закомарах. (В центральных закомарах Спасского собора окна имеют прямоугольное очертание с килевидным завершением).
Последнее делает понижение сводов ниже первоначально принятой отметки (т.е. ниже линии карниза) нежелательным.
Для удовлетворительного решения этого вопроса необходимо полное исследование стен памятника вдоль разборки, что в настоящее время невыполнимо. Поэтому мы принимаем вариант устройства сводов или с небольшой надкладкой в полкирпича–кирпич (последнее – предел), или вовсе без надкладок – под деревянную обрешетку по типу сводов алтарей и купольных конструкций. Шелыгу надложенного свода мы совмещаем с верхней отметкой архивольта, как это имеет теперь место в Спасском соборе.
Обследование остатков алтарных сводов Покровской церкви не дало ясной картины их изначального покрытия. Своды апсид толщиной в один кирпич носят следы посводной обвязки. Сам по себе этот факт не может служить доказательством посводного покрытия сводов: может быть, была уложена лещадь или дополнительная обкладка из кирпича на ребре, а может быть, даже и деревянная обрешетка, к которой крепилась местная чернолощеная черепица. Как это было в действительности, мы не знаем.
Сложным вопросом реконструкции является первоначальный вид карнизов алтарных полукружий. Ранее было сказано, что нижние тяги антаблемента четверика переходят на апсиды. Переходят, в общей сложности, три ряда «архитрава» и три ряда «фриза». Наиболее сохранившимся из восточных углов четверика является юго-восточный угол. Здесь над указанными шестью рядами сохранился зажимающий эти ряды фрагмент восточной лопатки четверика. К нему примыкает ряд выстилки, по которому сделана известковая обмазка, переходящая на алтарный свод.
Восточная лопатка хранит следы побелки. Со стороны фасада лицевая часть кладки утрачена. Можно только предполагать, что 6-й ряд этой кладки выступал из плоскости фризовой части, которая на апсидах была, таким образом, по высоте равна двум рядам кирпича.
Полученные данные не дают окончательного ответа на вопрос о высоте карниза алтарных полукружий. Верхняя часть карниза могла быть доделана вприкладку, а в уровне выстилки могли устраиваться продухи. В целом вопрос о составе карниза апсид, равных по высоте четверику, относится к малоизученным (в церквях Рождества Христова в Юркине и Исидора Блаженного в Ростове карниз четверика переходит на апсиды в полном составе).
Исходя из наличия восточной лопатки на юго-восточном углу храма, мы в своей реконструкции значительно понижаем высоту карниза.
Таковы основные параметры предлагаемой реконструкции.
Несмотря на то, что порталы Покровской церкви растесаны почти полностью, нам удалось зафиксировать остатки южного портала в объеме, достаточном для графической и натурной реконструкции всех трех порталов храма. Это были порталы, типичные для фряжских построек ранее описанной группы памятников, таких, как церкви Рождества в Юркине, Антипия у Больших конюшен, Ильи Пророка на Протве и т.п. Основной особенностью этих порталов является вынесенность древней четверти почти заподлицо со стеной, а также плоскостной характер обрамляющей ордерной декорации – двух фланкирующих пилястр с капителями и слабо профилированным архивольтом.
Порталы Покровской церкви представляли собой одну из модификаций этого типа: у них отсутствовали пилястры, а портальные архивольты – почти лучковой формы – лежали на двухобломных импостах.
Внутренние откосы южного и северного порталов реконструируются без труда по натурным следам. Западный портал храма утрачен полностью, однако в его идентичности двум первым нет оснований сомневаться. Порталы этого типа являются как бы проекцией на стенную плоскость развитых распалубленных порталов Архангельского, Благовещенского, ярославского Спасского и других соборов21.
Три окна четверика Покровской церкви, несмотря на понесенные утраты, сохранили свои формы, характерные для памятников начала XVI в. В их основе лежит узкий световой проем в слабо выступающих четвертях, с внутренними и внешними откосами. Оконная ниша со стороны интерьера увеличена по высоте для установки прямоугольной оконницы в специальную оконную четверть. Оконницы вешались на петлях. Ширина светового проема устраивалась в поларшина – 36–37 см. Простые частые решетки пробивались двумя вертикальными прутьями. Подоконники снаружи устраивались с отливом. Одно из трех окон – в восточном прясле южного фасада – освещало алтарь и было увеличено по высоте почти вдвое (150 см вместо 80 см).
Те же различия в пропорциях характерны для центрального и боковых окон алтарных апсид. Несмотря на катастрофическое состояние апсид Покровской церкви, эти окна сохранили свои следы и могут быть восстановлены без труда.
Представление об архитектуре реконструируемых окон в центральных закомарах дают многочисленные аналоги, основным из которых является Спасский собор в Ярославле.
Этими вопросами проблемы реконструкции первоначального вида Покровской церкви в общих чертах исчерпываются.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ


Выдающийся памятник фряжской архитектуры первой трети XVI в. – Покровская церковь в селе Чиркино – слишком долго находился вне поля зрения нашей науки. В настоящее время памятник и его обстройка нуждаются в самой срочной консервации, а его древнее ядро – четверик с апсидами – без больших затрат и усилий, без ущерба для целого может быть восстановлено в том виде, в котором оно после перестройки в конце XVII века вошло в барочный ансамбль, т.е. со своим древнем цоколем, окнами и порталами.
Покровская церковь окружена руинами древних и поздних придельных церквей и западной паперти. Все эти пристройки являются неотъемлемой частью памятника, обладают собственной значительной архитектурной и археологической ценностью и подлежат восстановлению.


ПРИМЕЧАНИЯ


1. Иванчин-Писарев Н.Д. Прогулка по древнему Коломенскому уезду. М., 1843.
2. Последнее нельзя сказать о так называемой «исторической», точнее легендарной части иванчинского очерка. Рассказанная им романтическая история о том, что строителем чиркинских церквей якобы был боярин Василий Борисович Шереметев, оказалась прочно усвоенной и перешла во все позднейшие компиляции.
3. Султанов Н.В. Памятники древнего зодчества в Коломенском и Броннинском уездах Московской губернии. Журн. «Зодчий», № 2, 1883.
4. Барсуков А.П. Род Шереметевых. Кн. 1–8. СПб., 1881–1904.
5. Писцовые книги Московского государства. Писцовые книги XVI в. Под ред. Калачева Н.В., отд. I. СПб, 1872.
6. Шереметев С.Д. Чиркино. М., 1899.
7. «Древности». МАО, т. XX. М., 1904.
8. Материалы по археологии России. ИАК, вып. 64. Пг., 1917.
9. Журн. «Зодчий». № 1, 1907.
10. Очерк А.П. Барсукова «Село Чиркино» хранится в Ленинграде, в ЦГИАЛ, ф. 1088, графов Шереметевых, оп. 9, ед. хр. 1428, 1908 г.
11. Памятники архитектуры Московской области. М., 1975. Т. 2. С. 292.
12. Е.Н.Подъяпольская. О каталоге памятников архитектуры Московской области. В сб.: Реставрация и исследования памятников культуры, М., 1975, вып. 1. С. 102.
13. В исследовании памятника совместно с автором в разное время принимали участие архитекторы-реставраторы С.А. Гаврилов, Г.Н. Завьялов, А.В. Кудряшов, К.Н. Ломакин, С.П. Орловский, Е.Н. Подъяпольская, Т.В. Прошкина, В.М. Пустовалов, Е.В. Рождественская, Н.Н. Свешников, М.Б. Чернышев.
14. Историческая справка составлена по материалам очерка А.П. Барсукова «Село Чиркино», а также по данным архитектурных и археологических исследований 1976 и 1980 гг.
15. Писцовые книги Московского государства...
16. Происхождение этого мотива, по-видимому, следующее: модификация римской декоративной арки или аркады, результат переработки композитного ордера. Прототипом арочных впадин на русской почве следует считать декоративную аркаду нижнего яруса Архангельского собора, а из более поздних памятников – подобную же аркаду Георгиевской колокольни церкви Вознесения в Коломенском.
17. Судя по обмерам памятника и по данным летописи, своды Успенского собора Фиораванти были покрыты деревом посводно, с последующей опайкой белым немецким железом. В XVII в. покрытие собора было видоизменено: для лучшей защиты сводов поверх их были устроены деревянные чердаки с щипцовыми фронтонами, хорошо видные на миниатюрах в «Книге избрания на царство Михаила Федоровича Романова» 1670-х гг. Выдра от центрального щипца на большом барабане была обнаружена при реставрации памятника в 90-х гг. прошлого века и породила в ученой среде множество догадок.
18. Время сооружения Лужецкого собора нам неизвестно. Некоторые исследователи относят его к 40-м гг. XVI в. (возможно, правильнее было бы к 30-м). В любом случае храм мог принадлежать итальянскому мастеру. На это указывают совершенство его кладки, круглые западные столбы и, в особенности, не имеющие прецедентов в древнерусской архитектуре, овального сечения барабаны, перекрывающие вытянутые компартименты храма без дополнительных подпружных арок.
19. Очертания закомар, в особенности центральной, принимаем у Спасского собора близкими к луковичным. Высокий лоб закомар Рождественского собора в Суздале и ряда других фряжских построек вызван необходимостью устраивать за ними чердаки или двойные своды. Что касается килевидного завершения, то во фряжских постройках, достоверно сохранивших изначальные завершения закомар, оно крайне редко. Пока известен один такой собор – Троице-Данилова монастыря в Переславле-Залесском, но он относится к другому архитектурному направлению.
20. Скрытыми подпружными арками мы называем подпружные арки, перевязанные с кладкой свода и лежащие не ниже, а выше свода (они бывают видны только на чердаке). Скрытые подпружные арки – одни из нововведений итальянцев. Впервые применены Аристотелем Фиораванти.
21. Остался не до конца исследованным только один вопрос: была ли портальная четверть утоплена в нише, или она лежала заподлицо со стеной. Эту проблему мы надеемся решить посредством моделирования на месте, в процессе реставрации памятника.

ПРИЛОЖЕНИЕ

ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПО РЕСТАВРАЦИИ ХРАМА


Ввиду отдаленности села Чиркино от культурных центров и отсутствия некоторых необходимых для полного восстановления памятника исходных материалов (прежде всего фотографий памятника до разрушения) восстановление Покровской церкви и ее приделов предполагается провести в 2 этапа.
В задачу 1-го этапа восстановления должно войти:
1. Полное восстановление древнего ядра здания – стен четверика и апсид Покровской церкви с восстановлением порталов, оконных проемов, цоколя т.д., – за исключением западного прясла северного фасада, хранящего следы примыкания Петропавловского придела.
Реставрация древнего ядра здания полностью соответствует решающему этапу в жизни памятника – 90-м гг. XVII–нач. XVIII в., когда он был надстроен без существенных изменений в нижних частях здания и приобрел ныне существующие формы. Единственным отступлением будет раскрытие двух окон – западного и южного фасадов, находившихся на этом этапе в закладке.
2. Разборка завалов внутри Покровской церкви с очисткой от раствора и складированием древнего кирпича с последующим его использованием при восстановлении сводов апсид. Очистка от мусора калориферного подвала.
3. Восстановление относящихся к XVII–нач. XVIII в. верхних барочных ярусов здания. Кровли и главу более позднего времени – восстановить по фотографиям. Исследовать возможность восстановления кровель и главы изначальной конфигурации. Кровли древних апсид восстановить в формах конца XVII в.
4. Консервация остатков северного Петропавловского придела. С этой целью необходимо:
– произвести разборку завалов внутри памятника с фиксацией, очисткой и складированием кирпича;
– надложить стены придела по всему периметру на высоту от 1 м и выше под временную односкатную кровлю с опорой на стену и угол Покровской церкви.
Попутно произвести фрагментарную реставрацию южного придельного портала.
5. Произвести консервацию руин южного Никольского придела и западной паперти. Для этого необходимо:
– восстановить простой б/к цоколь придела во всему периметру;
– произвести вычинку стен с накладкой;
– выполнить толстую цементную стяжку по всему обрезу стены с заанкерированием в кладку.
6. Произвести по специальному проекту вертикальную планировку внутри руин Никольского придела и западной паперти, предусмотреть выпуск ливневых вод за пределы развалин и внутреннюю отмостку. При проектировании обеспечить возможность понижения полов внутри Покровской церкви до древнего уровня.
7. Восстановить полы Покровской церкви на отметке древних полов. Произвести засыпку котлована внутри четверика Покровской церкви привозным грунтом.
8. Произвести побелку в интерьере Покровской церкви с оставлением незабеленными следов ее древней архитектуры: срубленных тромпов, пят подпружных арок и т.п.
9. С целью прекратить доступ в памятник посторонних произвести закладку кирпичом порталов и окон нижнего света Покровской церкви. Дверные и оконные заполнения не восстанавливать.
10. Выполнить отмостку вокруг здания.
11. В процессе реставрационных и консервационных работ произвести полное исследование памятника и подготовить проект 2-й очереди реставрации.
Восстановительные работы 2-й очереди реставрации должны включать в себя:
1. Полное восстановление Петропавловского придела. Источники для реконструкции почти полностью утраченного здания – материалы раскопок и фотографии.
2. Восстановление наружных стен Никольского придела и западной паперти, без восстановления ранее существовавших деревянных перекрытий. Кровли этих пристроек, напротив, могут быть восстановлены по сохранившимся следам и фотографиям, т.е. в виде скатных, крутых, с опорой на четверик Покровской церкви. Последнее должно обеспечить изнутри придела и паперти обзор восстановленной древней архитектуры памятника. Строительную конструкцию кровель упростить согласно инженерному расчету.
3. Восстановление полов западной паперти.
4. Внутри Никольского придела:
– произвести раскопки;
– убрать завалы и строительный мусор;
– полы не восстанавливать.
5. Восстановление дверных и оконных заполнений здания Покровской церкви и ее приделов при условии использования памятника в культурных целях.

В. В. Кавельмахер, "Памятник архитектуры первой четверти XVI века – Покровская церковь в селе Чиркино", http://www.kawelmacher.ru/science_kavelmakher35.htm
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Мясищево

#39 T.Larina » 09.11.2013, 22:11

Деревня Мясищево расположена в Аксиньинском сельском поселении Ступинского района.
Первое упоминание о "Месищево" встречается в XVI в., в Писцовых книгах Московского государства.
В XVIII в. Месищево (Мясищево) было совместным владением вдовы генерала Волкова, Прасковьи Тимофеевны, и подпоручика Егора Дмитриевича Дубенского. Тогда же население деревни составляло 34 души.
В середине XIX в. в Мясищево проживала его владелица - титулярная советница Скорнякова Александра Ивановна со своими детьми. В 1862 году в деревне насчитывалось жителей мужского пола 60 человек, а женского - 72.
А вот в число членов дворянской опеки, а также и членов Уездного Земского Собрания Коломенского уезда (по состоянию на 1895 год), входил некий Анатолий Яковлевич Скорняков, коллежский ассесор, а его брат, Скорняков Сергей Яковлевич, являлся ротмистром. У Анатолия Яковлевича Скорнякова было имение при деревне Васьково (в Леонтьевском сельском поселении). Связаны ли имена этих дворян с супругой титулярного советника Скорняковой Александры Ивановны, некогда проживающей в Мясищево - вопрос, требующий дополнительного исследования.
Село входило в состав Глебовской волости Коломенского уезда.
Мясищево.jpg
Мясищево на карте Шуберта 1860 г.
Мясищево.jpg (19.38 КБ) Просмотров: 2802

В 1899 г. население села составляло 49 человек.
Лев Карлович Лакман, у которого было в Мясищево имение, был корреспондентом Московской Губернской Земской Управы, для которой доставил хозяйственно-статистические сведения за осенний период.
Мясищево было преимущественно земледельческим селом. Так, по данным на 1894 г., в деревне было всего 14 дворов, лишь один из которых не занимался хлебопашеством.
После революции 1917 г. Мясищево входило в Мартыновский сельсовет Глебовской волости Коломенского уезда.
С 1929 г. Мясищево стало частью Малинского района Московской области, а с 1959 г., в результате процесса административного укрупнения, стало частью Ступинского района.
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Федоровское

#40 T.Larina » 27.04.2014, 19:07

Старинное село Федоровское, располагающееся ныне в Аксиньинском сельском поселении Ступинского района, впервые упоминается в документах второй половины XVI в. Так, можно встретить такую запись от 1577 г.:
«За Марфою за Семеновскою женою Василия Шереметева да за ее дочерью за Оксиньею старая их вотчина: Федоровское, на речке на Северке, а в ней церковь Николая Чудотворца да предел Олексея митрополита да другой предел Фрола и Лавра, древяна, на каменное дело: пашни сер. земли 45 четьи, да пер. 208 четьи, да пер. же и лесом поросло 20 четьи, сена по речке по Северке и по врагом полтретьяста коп., лесу рощи полторы дес.».
Село находилось в те времена в Большом Микулином стане — крупнейшей административно-территориальной единице Коломенского уезда. Как видно из этой записи, это была вотчина Шереметевых, передающаяся на протяжении многих лет от поколения к поколению. В состав этой вотчины входила и деревня Зевалово. Кстати говоря, такими же старинными вотчинами бояр Шереметевых были и соседние Чиркино, Щербинино и Мещерино.
В эпоху генерального межевания дворянских земель, которую провела Екатерина II, село Федоровское значилось так:
«Федоровское, село Коломенского уезда, Большого Микулина стана, владение лейб-гвардии поручика Александра Алексеевича Шереметева, межевал 20 мая 1768 года. Ваксель.».
В тот момент в селе насчитывалось 119 душ, что являлось достаточно внушительной цифрой.
Совсем рядом с селом находилась усадьба Шереметевых — Мещерино, а на другом берегу реки Северки располагался дворянский скотный двор.
Федоровское.jpg
ПГМ

Федоровское 2.jpg
ПГМ
Федоровское 2.jpg (91.3 КБ) Просмотров: 2363

Обширное описание села Федоровского оставил Н. Д. Иванчин-Писарев — коломенский дворянин, издавший в 1844 г. краеведческий труд по Коломенскому уезду - «Прогулку по древнему Коломенскому уезду».
Вот что писал Николай Дмитриевич о Федоровском, его владельцах и храмах:
«Село Федоровское, на речке Северке (на следимом пути (повествование автора построено на путешествии по крупным дорогам, поэтому все села описываются относительно дороги — Прим.)). Это отчина знаменитого боярина Федора Ивановича Шереметева. Приятно русскому увидеть место, где отдыхал от трудов, думных и ратных, вельможа верный среди крамол междуцарствия, воевода неустрашимый, славный поборник Скопину-Шуйскому и Пожарскому, призватель на царство юного избранника Божия, Михаила (царя Михаила Федорова Романова — Прим.); боярин-миротворец при Деулине и Поляновке, заставивший Владислава отказаться от титула Московского государя и тем упрочивший независимость России, тогда одно из всех благ ей возможных.
В некотором расстоянии от храмов и слобод видно место, где стоял дом Федора Ивановича, на горе, еще слывущей Федоровской горою. Она возвышается над Северкою, обрытая полукружным валом. Дом, по основным признакам, стоял на 25 саженях. С этого красивого места взор обнимает многие села Шереметевых, которыми любовался доблестный боярин, как достоянием, добытым кровию предков, утвержденным подвигами сверстников-однородцев и его собственными. Есть признаки расположения сельских слобод, которые выстроены пред боярским домом: старинные владельцы не заслоняли их парками и английскими садами, но любили всегда смотреть на своих детей—прироженцев (слободы переселены после, бывши подмыты Северкою), Достигнув маститой старости, пережив царя Михаила, и, утружденный жизнию, столь бурною, он оставил чертоги юного царя Алексия, престольщий граж и свои красные села, оставил сына, прах супруги, почившей в московском Новоспасском монастыре — пошел в Кириллобелозерскую обитель, где, устроив серебряную раку святому Угоднику, скончал дни в одежде инока.
Но должно думать, что этот нагорный дом был вторым, построенный на красивом месте только для временного пребывания летом; ибо следы двух древних церквей и нынешняя находятся по сю сторону речки; а богомольные бояре прежних времен любили жить подле самых храмов. Один из них стоял в саду, — и так главный древний дом предков был там, где теперь средоточие села. Гора могла быть любимым местом Федора Ивановича; слободы могли быть выселены к самой ее подошве, против нового дома, а после, за неудобством от разлитий речки, опять переселились на коренное место.
Первобытный Николаевский храм был деревянным и стоял в двадцати шагах от нынешнего каменного; знаки его существования видны и поныне: крест с каменным подножием, означающий место бывшего престола. На месте, где была трапеза, врастает в землю надгробный камень: здесь, по сказанию стариков, похоронен верный слуга Федора Ивановича, его спутник в боях и странствиях. Отходя в дальнюю обитель и прощаясь со своим старым домочадцем, он заповедал сыну здесь похоронить его.
P1060042.JPG
Никольский храм в с. Федоровское (1754 г.). Наши дни.
С особенным чувством я посетил Николаевский храм, построенный в 1754 году двоюродным правнуком старого владельца, Алекс. Фед. Шереметевым: в нем стоит икона Богоматери Федоровская, которая в 1613 году сопутствовала боярину из Костромы, когда он вел к трону предка наших монархов. Она списана по его усердию с древней, явившейся там в XIII столетии и стоящей в соборном храме Федора Стратилата. Икона украшена им великолепно: вся унизана крупным жемчугом и драгоценными камнями. У правого клироса стоит второй список с этой костромской иконы. Он так же богато украшен, - и вот о нем сказание, найденное между старыми записками:
«В лето 1611, князь Дмитрий Михайлович Пожарский пришед в Кострому во время народного там бунта, спас от смерти воеводу, Ивана Шереметева, выбрал другого и утишил бунт. Воевода иван Шереметев положил обет пред чудотворным образом Федоровской Божией матери, молебствовать ему, и, по отпетии и совершении Господу и чудотворной Матери Божией молебствия о здравии и спасании своей жизни, повелел с той святой иконы списать такую же, и, украсив жемчугом и драгоценным каменьем, благословив оною иконою боярина Федора Ивановича; сей в 1613 году пришед с иконою Федоровския Божией Матери, построил деревянный домовый храм во имя Св. Николая».
Есть важная святыня: в иконостате, над первою из федоровских, стоит икона Успения Богоматери, писаная на золоте греческими художниками или нашими древнейшими подражателями. Есть предание, что она кисти знаменитого Андрея Рублева, коего произведения были драгоценностью иконохранилищ царских. Она украшена богатою золотою ризою и каменьями, с вложенными в ея дску многими частицами святых мощей, которые помещены во гробе усопшей Богоматери. Рисунок изящный; тоны колеров удивительно сохранились. Эта икона была благословением от царя Алексея Михайловича сыну боярина Алексею Федоровичу, при вступлении его в брак (он умер бездетен. См. Бархатную книгу).
В храме много напоминающего о вкладах прямо боярских; кроме богатейших украшений трех упомянутых икон, жемчуги и яхонты других также достойны внимания. Таковы иконы: тихвинская, две Знамения, из которых одна писана согласнее с Прологом, повествующем о самом явлении на Новгородской Ильине улице; но обе письма древнего новгородского, и чудотворца Николая, в житии, с 15-ю богато украшенными венцами. Напрестольные крестя с многими мощами; Евангелие с жемчужною звездою на листах, печатанное в 1676 году; напрестольный ковчег для хранения Святых Даров, большой серебряный; ризы, унизанные жемчугом и с орлами на оплечьях; Дарохранильница резная кипарисная, вклад боярина Фед. Ивановича. Она изображает Распятие с предстоящими Богоматерию и Св. Иоанном в окружении из виноградных лоз: искусство не только в отделке, но и в самом выражении делает этот предмет весьма замечательным; паникадило или люстра, вся из настоящего кристалла, под нею строфокомилово яйцо: эта редкая люстра перешла из первобытного Николаевского храма.
Люблю смотреть на иконы и утварь сельских храмов: они, более городских избегли нашествий врагов и поновителей.
Неизвестно, от имени ли боярина владельца, или от иконы Богоматери Федоровской произошло название села и его усадебной горы. Вернее можно полагать последнее; ибо усердие к подлинной столь было слито с тогдашними событиями царства, что и возвращенный из плена отец царя, Филарет Никитич, основал в честь ее Московскую (ныне упраздненную) обитель. От нее шел князь Пожарский на дело святое, провожаемый всеми жителями Костромы, «от мала до велика, с благословениями». Она, вместе с Святынею московской, была износима в Ипатьевскую обитель, когда Шереметев, Феодорит и Палицин склоняли великую старицу Марфу дать на царство сына. Список с нее, моления царя Михаила, еще стоит в его Ипатьевской келии. Шереметев, в 1609 году освободивший Кострому от Лисовского, мог, еще с того времени, особенно ей усердствовать и обетно снять этот список, чтобы поставить его в храме своей отчины.
Здесь была еще каменная церковь во имя Успения Божией матери (вероятно построенная сыном боярина, Алексием, в честь иконы царского благословения). Она разобрана, в 1806 году, для построения колокольни; а многовековый липовый сад, в котором она стояла, недавно вырублен.
Это село перешед, по приданству, от Шереметевых к Жеребцовым, впоследствии поступило чрез продажу во владение почтенного старца, Карл. Ив. Яниша».
Далее Иванчин-Писарев пишет о том, что:
«Село Федоропское перешло от Жеребцовых сперва к Ив. Ник. Янишу, отцу упомянутого, похороненному в трапезе здешнего храма. Полноверна и утешительна надпись на его камне: «Всем бо, яко пренасущен есть, иже имать искупити мя».
Карл Иванович Яниш (1776-1854), купивший у Шереметевых село Федоровское, состоял в звании статского советника. В его владение Федоровское перешло в 1843 г. Личность Карла Ивановича заслуживает внимания, поскольку это был не только выдающийся врач, но и ученый, профессор естественной химии и первый проректор Ярославского Демидовского училища высших наук.
По происхождению он был из «дворян лютеранского закона». В 1801 году получил право стать ординатором в палатах главного московского военного госпиталя. А уже через 3 года, в возрасте 29 лет, Карл Иванович был назначен адъюнктом философского факультета Московского университета, чуть позже — профессором в Демидовское училище.
Он немало сделал для развития медицинской науки и практики.
Яниш, К. Брюллов.jpg
Портрет К. И. Яниша работы К. Брюллова

Дочь Карла Ивановича — Каролина Карловна Павлова (Яниш) (1807—1893) — была известной поэтессой пушкинского времени и имела литературный салон. Павлова — фамилия Каролины Ивановны по мужу. Вышла замуж поэтесса уже не будучи совсем молодой и, возможно, такую ситуацию спровоцировала несчастная любовь, которая случилась между ней и польским поэтом Адамом Мицкевичем, высланным в Москву за причастность к польскому освободительному движению.
Яниш Каролина.jpg
Каролина Карловна Павлова (Яниш) - русская поэтесса

Молодые люди готовы были пожениться, но свое веское слово высказала семья Янишей, поэтому свадьба не сложилась.
Возвращаясь к повествованию о селе Фёдоровском, хочется отметить, что в Списке населенных мест от 1859 г. Федоровское упоминается еще и как Кобяково. По числу жителей тогда село было достаточно крупным: 252 души мужского пола и 275 — женского.
Федоровское 3.jpg
с. Федоровское на карте 1861 года
Федоровское 3.jpg (84.92 КБ) Просмотров: 2363

После административной реформы и деления губерний на полицейские станы и волости, село Федоровское вошло в Мещеринскую волость. По данным на 1894 г. во всей волости по числу дворов оно было одним из самых крупных — имело 87 дворов (100 — в Аксиньино, 80 — в Зевалово). В селе было 3 мелкоторговых лавки, а также церковно-приходская школа при Никольском храме. В 1900 г. о. Николаев выбыл, и на его место в качестве законоучителя пришел о. Николай Страхов.
P1060044.JPG
Федоровское. Сельский домик.

Среди промыслов в Федосьино процветало ткачество бумажной сарпинки. Так, в Ежегоднике по Московской губернии за 1903 год, корреспондент сообщает, что в Мещеринской волости Коломенского уезда «женщины ткут бумажную сарпинку (пестрежку) и получают плату с отреза, т. е. с целого куска в 40-50 аршин, причем средний их дневной заработок равняется 60-70 коп.».
Сарпинку производили как раз на двух бумаготкацких фабриках в Федоровском — крестьянина В. У. Добрынина (основана в 1872 г.) и М. И. Зарубина (основана в 1870 г.). На первой фабрике было оборудовано 16 ткацких станов, а на фабрике Зарубина — 9. В месяц же сотрудницы получали зарплату около 4 рублей.
Основной достопримечательностью села является храм св. Николая Мирликийского, который построен в 1754 г. тщанием А. Ф. Шереметева. На его месте и ранее был деревянный храм, а также Успенский (см. информацию выше, в цитате от Н.Д. Иванчина-Писарева).
Колокольня возведена чуть позже - на рубеже XVIII и XIX веков. Для ее строительства была разобрана Успенская церковь, находящаяся рядом, а в Никольском храме были освящены два придела - Федоровский и Успенский (1898-1910 гг.). В 1930-е гг., в годы лихолетья, этот храм был закрыт для верующих.
P1060041.JPG
Федоровское, храм св. Николая Мирликийского

P1060043.JPG
Колокольня Никольского храма в Федоровском

Отдельного внимания заслуживает кирпичное руинированное здание, располагающееся в непосредственной близости с Никольским храмом.
P1060046.JPG
Руинированное здание в Федоровском

P1060047.JPG
Руинированное здание в Федоровском

P1060049.JPG
Руинированное здание в Федоровском

Вид на здание из космоса:

Версий о том, что это может быть, несколько: это могут быть как остатки церковно-приходской школы, так и дом священника, так и остатки разобранного Успенского храма, так и остатки барского дома, так и остатки конюшни.
Представляется вполне вероятным, что по архитектуре этого здания можно считать, что это именно остатки церкви.
Об этом свидетельствуют:
- узкие окошки, не характерные для жилого здания и, уж тем более, приходской школы;
- сама форма строения - достаточно высокое, но не широкое;
- элементы украшения.
Тем не менее, с точностью нельзя утверждать то, что это именно храм либо любое из вышеперечисленных строений. Во всяком случае, для конюшни здание слишком помпезно. Версия о том, что это барский дом имеет право на жизнь, но, если судить по размерам остатков строения, то дом был не очень большой.
С приходом советской власти Фёдоровское стало центром сельсовета в Мещеринской волости Коломенского уезда, поскольку было всегда достаточно крупным селом. С 1929 по 1959 г. Фёдоровское входило в Малинский район Московской области, а затем - в Ступинский район.
T.Larina F
Администратор
Администратор
Аватара
Возраст: 27
Откуда: Москва, СНТ Буньково
Репутация: 210
Лояльность: 166
Зарегистрирован: 06.09.2013
С нами: 4 года 3 месяца

Пред.След.

Вернуться в История

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 1 гость

cron